Тема не для темы
Я не люблю бывать на кладбище:
Наполнен воздух грустнотой,
Где в глубине — людское пастбище
Спит под ухоженной землей.
Что фотографии умерших?
Когда под крышкой гробной —
Тлен!
И оттого в душе замерзшей
Все чувства прочно взяты в плен.
Цветы, венки, кресты, оградки...
А жизнь уходит без оглядки...
Зачем суеты и дележки?
Остепенись! Подумай тут:
Ведь возле узенькой дорожки
Всего клочок земли дадут!
2006 г.
***
Умирают душевные чувства.
Оставляет меня искусство.
Уступая место боли.
И не радует солнце боле.
И веселые мысли увяли.
Потускнели заката блики.
Душу в плен силы черные взяли.
И мрачнеют людские лики.
Душу в плен силы черные взяли.
И не вырваться, не отбиться!
Их объятия всё теснее.
И всё дольше мрак жизненный
Длится!
Конец XX века
Златое племя — золотого века
Уносит время в небыль человека,
Уносит вдохновенье, думы, знанья,
Уносит взлет, паденья и признанья,
Уносит счастье, боль, воспоминанья.
Любовь уносит! И души страданья.
***
Отсверкала травинка малая.
Замолчала весенняя птаха.
Я от мыслей своих устала.
В узелке похоронном — рубаха,
В ней крестили меня весной.
Положите меня под сосной,
Чтоб не мокло в болоте тело.
Это все, что сказать я хотела.
1 августа 2010 г.
***
Какой туман окутал лес?
Похолодало, видно, ночью.
Роса, упавшая с небес,
Все окропила каплей сочной.
Сквозь пелену встает рассвет,
Румяным бликом озаряя,
На семь цветов распался свет,
Искрит, на капельках играя.
Прекрасен миг рожденья муз,
Душа в небесном трепетанье,
Упал с души телесный груз,
Оставив в глубине рыданья.
Покаяние
Я вдруг признался сам себе в ночи,
Прижав к груди огарочек свечи,
Что огонек души твоей — не удержал,
Он фитильком безжизненным лежал,
Слезой застывшей на остуженной свечи,
Погасшей тихо в сумрачной ночи.
Мне б подхватить огонь и фитильком
Зажечь свечу ослабшим огоньком,
Прогнать бы тьму пугающую прочь
И осветить огнем последней жизни ночь.
Я вдруг прозрел, признался в той ночи,
Держа в руке огарочек свечи,
Тяжелый крест в своей душе неся,
Прощенья покаянного прося.
Расплакался и тихо простонал:
— Прости, что от проблем тогда устал.
Вдруг осознал, что путь так недалек!
Что каждый перед бездной одинок.
Прости, что в горький жизни миг
Я не прижал к груди твой скорбный крик.
***
Я растворилась вся вдали.
Душа парит над облаками.
Всю явь мою, и сны мои
Не ощутить теперь руками.
Я ухожу в разгаре дня,
Когда ликует и пылает
Мое светило, жар даря,
Меня безжалостно сжигает.
***
Когда росинка упадет
На листик малый, на травинку,
То знай: душа моя бредет
И гладит каждую былинку.
Когда подует ветерок
И колыхнет сухие травы,
Ты знай: душа моя идет
По струнам божьей переправы.
А коль снежинка прилетит,
Блестящей искоркой сверкая,
Ты знай: душа моя скорбит,
В холодном камне замерзая.
А если птица запоет
И затрезвонит хор капелей,
Так знай: душа моя зовет
Воспеть всю радость божьих трелей.
Память встречи
Огонь во мне почти погас
В тот теплый день,
В тот тихий час.
Не согревал меня камин.
Я в доме этом был один,
Один был в яблочной пурге,
Был околдованным в реке,
Среди студеных быстрых струй,
Где хладен каждый поцелуй.
Меня поток нес, леденя,
На дно холодное маня.
И я совсем окоченел,
Я посинел и почернел,
Почти затих, увял, погас,
В тот жаркий день,
В тот светлый час.
А ты, коснувшись чуть меня,
Не подарила мне огня.
Я в доме был один в тот миг,
Никто не слышал сердца крик.
1967 г.
Прошлое
Мгновенье. Тропинка. Простые слова.
О том и о сем.
Как живем? Как дела?
Пустой полусветский
Ведем разговор,
То в небо посмотрим,
То вдаль бросим взор.
Памятью память —
Ластик стирает,
Чтоб новое жило,
Все то — умирает!
Но вдруг среди стертых
Неясных штрихов,
Возникнут созвучья
Забытых стихов!
И запоют эти строки,
Как струны!
И снова мы любим,
И снова мы юны.
1968 г.
***
Искорка брызнула лучиком,
Солнце над полем взошло.
Тянут зеленые жгутики,
Зернышко, знать, проросло.
Солнышко, словно янтарное,
Гладит лучом колосок.
В полюшке самое главное,
Чтоб колосок был высок.
Полюшко! Хлебное полюшко!
Золото в каждом зерне.
Булочка! Мягкая булочка
Будет у нас на столе!
Свободное копирование
