Моя квартира на проспекте Андраши

VI. Моя квартира на проспекте Андраши

 До тех пор у меня не было своей квартиры. Я жил у моей матери. Д-р Бела Гонда, адвокат и артиллерийский лейтенант запаса, который работал тогда в Жилищном управлении, дал мне адрес, чтобы я пошел и посмотрел квартиру, и если она мне подойдет, то он вне очереди предоставит ее мне как офицеру, вернувшемуся с фронта. Квартира находилась на проспекте Андраши д. 105, в доме архитектора Режё Рая. Квартиру на третьем этаже собственного дома он построил для себя. Квартира и архитектурная контора занимали целый этаж, но у конторы был отдельный вход, поэтому можно было выдать ордер на комфортабельную двухкомнатную квартиру с холлом. Режё Рая тогда не было в Будапеште, он выехал в Швейцарию, однако его служащий, который был одновременно и его доверенным лицом, подал апелляцию на постановление Жилищного управления, и дело попало в областной суд, который решил дело в мою пользу.

 Когда я хотел войти в квартиру, там был французский майор, заместитель подполковника Викса, который вызывающе заявил мне, что он не пустит меня в эту квартиру. На что я ответил, что у меня есть постановление суда, что квартира моя, и я вселюсь в нее, если понадобится, силой. А я, сказал майор, выставлю перед парадным спаги [части лёгкой кавалерии во французских колониалоных войсках. - В.Л.]. Меня страшно возмутил нахальный тон майора, и я сказал на это: А я против ваших спаг приведу с собой вооруженных солдат и все равно займу квартиру.

 На другой день в полдень меня вызвал д-р Гундель, заведующий Жилищным управлением, и сказал мне, что подполковник Викс, который возглавлял военную миссию союзных войск, обратился с жалобой к Михаю Каройи, и он просит меня не умничать и не вызывать международного конфликта, и хотя я, безусловно, прав, но все же не стоит вступать в спор с начальником французских оккупационных войск. Они дадут мне другую квартиру, какую я захочу.

 Провозглашение 21 марта Советской республики повергло в изумление не только венгров, включая коммунистов и социал-демократов, но вызвало сильный переполох у находившихся в стране иностранцев. Большинство французов продали и отдали все свои припасы и оружие. Викс также потерял всю свою спесь. И когда я 21 марта пришел на проспект Андраши д. 105, французский майор расплылся в любезной улыбке до ушей, протянул мне руку, но я сделал вид, что не заметил ее, и показал, что они уже упаковывают вещи, потому что покидают и квартиру и Венгрию. Я дал им 24 часа отсрочки, и он, прощаясь со мной, дважды спросил: "Но вы не выгоните нас раньше 24 часов".

 Эти французы, безусловно, думали, что коммунисты - людоеды, ведь все газеты мира в то время - вот уже второй год - были полны всякими ужасами о русских большевиках. Этим и объясняется страх французского майора. Во всяком случае, я въехал в квартиру.

 Фрида Гардош, которая до тех пор всегда снимала комнату, тоже получила квартиру еще до провозглашения диктатуры. Когда руководители компартии были арестованы полицией с помощью Нанаши, Вантуш должен был скрываться всегда в разных местах, больше двух-трех дней не оставаясь в одном месте. Несколько раз он скрывался и в квартире Фрици Гардош на улице Мештер.

 За четыре с половиной месяца существования правительства Каройи обстановка становилась все более анархической: все организовывались, каждый день создавались новые объединения, министр финансов постоянно угрожал ввести небывалые до сих пор налоги, хотя никаких налогов не было вообще. В целом весь этот период можно охарактеризовать коротко: слов много, а дела нуль.

 В Венгрии тогда существовало пять-шесть военных союзов. Союзы офицеров действующей армии, офицеров запаса, раненых на войне, отдельное объединение унтер-офицеров, Венгерских союз оборонных сил (МОВЕ), Союз "пробуждающихся" венгров - все эти объединения, по сути дела, были военными или носили военный характер.

 12 декабря Военный союз организовал в Будапеште большую солдатскую демонстрацию против военного министра Барты, которая привела к его отставке. Главным заправилой в Военном союзе и в организации этой демонстрации был Йожеф Погань, которого позднее точно также сместил с поста комиссара обороны Тибор Самуэли.

 Помимо множества военных объединений, 14 декабря был создан профсоюз офицеров. Собрание открыл капитан действующей армии Отто Штейнбрюк, а ораторами были Якаб Вельтнер и Йожеф Погань. Через месяц, 12 января Штейнбрюк был избран в Исполнительный комитет Военного союза.

 Во время Советской республики Штейнбрюк командовал полком. Позже он бежал в Советский Союз. Когда в 1924 году ГПУ арестовало Фриду Гардош, мы с Янчиком пришли на московскую квартиру Штейнбрюка, который тогда работал в ГПУ, чтобы спросить, не знает ли он, почему арестовали Фриду Гардош. Штейнбрюк был женат на немке. После он был переведен в Красную армию и стал начальником разведотдела Красной армии в ранге генерал-полковника. Карьера его закончилась вместе с карьерой маршала Тухачевского. Он был расстрелян, жена арестована, а шестнадцатилетняя дочь оказалась на улице.