Рано утром отправился в город, где попытался найти одного хорошего знакомого с довоенных лет моей мамы, бывшего директора треста хлебопекарной промышленности города Сталино Ривлина Льва Владимировича. На трамвае приехал в центр. Здесь в здании Дома Советов узнал, где находится трест и отправился по адресу на 7-ю линию. Небольшой одноэтажный дом с запечатанным крыльцом, вход в здание через двор, во входном коридоре на стенде висело много объявлений, приказов по тресту и увидел, что приказы подписаны именно Ривлиным. Зашел в приёмную, секретарь задал мне вопрос:
- "Вам кого? По какому вопросу? Вас вызывали?" - Объяснил:
- "Я по личному вопросу!"
- "Сейчас нет приёма по личным вопросам!"
- "Прошу доложить Льву Владимировичу, что проситься на приём Белинский, сын Доры Иосифовны". - Несколько удивлённые глаза секретарши, но она поднялась и вошла в кабинет. Через минуту вышла и пригласила меня войти. Сидящий за столом в полувоенном костюме с орденскими колодками с седеющей шевелюрой чёрных густых волос, несколько полноватый мужчина долго рассматривал меня и потом произнёс:
- "Лёня! Это ты? Где Вы, как мама? Никогда бы тебя не узнал! Садись, рассказывай!"
Довольно сокращённо рассказал Льву Владимировичу все перипетии эвакуации из города (он уже был мобилизован в Армию), дальнейшей жизни нашей с мамой, её работе, моей учёбы и как я оказался здесь, возвращаясь с производственной практики. Изложил и просьбу помочь выбраться нам, четверым из города для возвращения в Ташкент. После нескольких вопросов Л.В. поднял телефонную трубку и сделал несколько звонков. Прервал один из разговоров и спросил меня:
- "А самолётом полетите?" -
- "Конечно да!" - Он закончил телефонный разговор и мне объяснил:
- "Через несколько часов отправляется самолёт спецрейсом в г.Куйбышев. Вы можете улететь на нём, а там уже ближе и легче добраться до Ташкента. Полетите?" - Я не очень раздумывая бодро согласился. Л.В. написал две записки.
- "Вот эту дашь в аэропорту (такому то), а эту - в магазине, который находиться здесь недалеко, через два двора и получишь кое-какие продукты. Бери мою машину и поезжай, водитель отвезёт по адресам".
Всё было как в сказке! Мне вручили несколько пакетов с хлебами, бубликами, печеньем, карамелью. Подвезли к вокзалу, где уже заждались оставшиеся товарищи и которые несказанно обрадовались, узнав о немедленном отъезде и испробовав вкусные угощенья. Водитель отвёз нас в аэропорт. Нашли нужного сотрудника, который послал нас в кассу, и здесь нам оформили билеты, за которые пришлось заплатить более 2000 рублей. Это была еле набравшаяся у нас в наличии сумма. Вернее, у нас осталось на четверых лишь 20 рублей. Оказалось, что летим мы самолётом не "Аэрофлота", а на двухмоторном типа "Дуглас", самолёте цвета хаки , оборудованном внутри боковыми металлическими скамьями, где в хвостовой части был уложен и закреплён груз (добротные деревянные ящики. Кроме нас никого в салоне не было. Экипаж в кабине пилотов. Поднялись в воздух и через час начали замерзать от холода - отопления не было. Одеты мы были по летнему, тёплой одежды нет и в наших вещах, не брали с собой. Надели на себя всё что можно из чемоданов. Ходили по салону, пространство позволяло. Наконец прилетели в Куйбышев. Аэропорт в 20 км от города. Автобуса нет. Вышли на шоссе и "проголосовали", подобрал нас грузовичок в кузов. Въехали в город, остановились и водитель потребовал:
- "По червонцу ребята!" - Вынул последние 20 руб. и отдал:
- "Больше нет ни копейки! Мы студенты и так получилось, что денег нет." - Водитель выругался и дал газ.
Зашли в ближайший продуктовый магазин, отоварили часть купонов карточек и получили три "буханки" хлеба, крупу и консервы. Отправились на городской рынок. Двое остались на входе в рынок, я с Иваном Задорожным вошли на рынок и узнали цены продаж подобных товаров. Иван принёс буханки хлеба, крупу и консервы. Начал продажу. Товар шёл быстро, отдал несколько дешевле рыночной цены. Продовольственные товары на рынке реализовывались по ценам в сто раз большей, чем в магазине по продовольственным карточкам. Но нужно питаться и самим. Купили по пол-литровой банке кислого молока (ряжанки), цены довольно доступные и с оставшейся буханкой хлеба прямо на тратуаре устроили трапезу. Добрались до центрального вокзала. Перед вокзалом большая площадь, центр которой занимал садик, огороженный невысокой чугунной изгородью. Вдоль всех тротуаров у изгороди сидели, лежали, кушали, спали потенциальные пассажиры. Внутри вокзала в большом зале битком народа, у касс - очередь в несколько рядов, стоял неимоверный гомон, в середине зала скамьи были заполнены сидящими и лежащими. Кассы работали по направлениям поездов. У наших касс (на Среднюю Азию) узнали, что на Ташкент поезд, формируемый в Куйбышев, ушел несколько часов ранее, очередной рейс - послезавтра. Регистрируемся у активистов в студенческой очереди - 214-217-тые. Это на 10 продаваемых на каждый рейс билетов для студентов. Перспектива удручающая. На ночлег попытались устроиться в скверике, но не тут то было! Оказалось, что на изгороди висели плакаты, запрещающие ночлег в сквере, "старожилы" говорили, что милиция арестовывала нарушителей. Попытались пробиться в очередях при реализации билетов на проходящие поезда - "Москва -Ташкент", "Москва - Андижан" и др. Создали в очереди поближе к кассе неразбериху, спровоцировали скандал, дополнительный шум, вмешалась милиция. Число реализуемых билетов на проходящие поезда очень мало, шансов никаких.
Свободное копирование
