Вернемся, однако, в караульное помещение.
Караульное помещение Зимнего дворца было отличное и просторное. В помещении для солдат имелись широкие и удобные деревянные диваны. Сзади была столовая и помещение, где заступающая смена могла, ночью «отдыхать лежа», т. е. попросту спать.
Офицерское помещение состояло из столовой и смежной с ней длинной комнаты, отделявшейся от нее аркой. В этой длинной комнате у широкого окна, выходившего на двор и на караульную платформу, стоял дубовый стол и около него четыре больших с высокими спинками, чрезвычайно удобных кресла.
Немного отступя вглубь, во внутренней стене камин, над камином почти до потолка зеркало, а на камине старинные часы, на которых стрелки всегда показывали 6 часов с минутами. Хотя стоявшие часы во дворцах были не редкость, про эти часы передавали, что они остановились в минуту взрыва в Зимнем дворце, который был устроен в конце 70-х годов, и которым при помощи адской машины предполагалось взорвать Александра II во время обеда. Взрыв произошел раньше и никто из царской семьи не пострадал, но пострадал караул Финляндского полка, который в этот день нес во дворце службу. В назидание караульным начальникам, дабы побудить их в вящему бдению, каминные часы уже много лет были оставлены показывать час и минуту взрыва.
Дальше за камином в глубине комнаты стояли три дивана, но ими мы не пользовались. Вся мебель и все драпировки в этой комнате были толстого темно-красного репса.
Минут через 10 после ухода Преображенцев к Поливанову подходит старичок в гамашах, в красном жилете, в зеленом фраке, обшитом позументами с двуглавыми орлами — придворный лакей, — и почтительно спрашивает:
— В котором часу завтрак прикажете подавать, и на сколько персон?
— Дежурный по караулам обещал приехать, тогда будет четверо. А завтрак около часу; как он приедет, так и подавайте.
— Извольте подписать требование на вино.
Матвеич подписывает требование на столовое вино, 2 бутылки белого и 1 бут. мадеры. Вино полагается от дворца, как всегда во дворцах, русское, Удельного Ведомства, и отличного качества. 5 бутылок давалось 3 офицерам караула на завтрак и на обед. Пить вино в карауле по уставу не разрешалось, но во дворце это исключение делалось.
Во дворцовых караулах довольствие было организовано следующим образом. Солдатам от дворца отпускались т. наз. «караульные деньги» по полтиннику на рядового и по 75 копеек на унтер-офицера. Но эти деньги посылались в полк впоследствии, по требованию, и в конце месяца выдавались солдатам на руки, вместе с жалованьем. Обед же и ужин караулу привозился из полка. Чай, сахар и белый хлеб давались от дворца «ad libitum». Горячий чай, особенно зимой, был всегда и в какое бывало время дня и ночи ни заглянешь в караульную столовую, всегда несколько человек сидят и дуют чай. При карауле состоял всегда «посыльный». Исполнял он офицерские и унтер-офицерские поручения. Его унтера командировали иногда за маслом и за колбасой, и тогда уже распивали чай с полным комфортом.
Офицерам «караульных денег» не полагалось, но зато полагалось полное довольствие, которое во время Высочайшего «присутствия» отпускалось из дворцовой кухни, а во время «отсутствия» из ближайшего ресторана, чаще всего из «Отель де Франс», помешавшегося через площадь, на Морской.
Из-под ворот показывается элегантная фигура Левстрема.
— Идет дежурный по караулам! — говорит кто-нибудь из стоящих у окна.
Заметил его и часовой у фронта. Дает два удара в колокол и кричит:
— Караул вон!
Но Левстрем отрицательно машет рукой. Один удар в колокол.
— Караул отставить!
Через минуту Левстрем входит к нам. Все встают. Садимся завтракать. Завтрак из двух блюд, сладкое и кофе, как во всех первоклассных ресторанах, пожалуй, лучше чем в Собрании, но не на много. Пить кофе переходим в кресла.
Часа в 3 дежурному по караулам докладывают, что подан полковой экипаж, сани, или пролетка, и он уезжает проверять караулы.
Больше в этот день мы его уже не видим.
Свободное копирование
