Новый 1961 год мы снова отмечали у Ситниковых, однако этот праздник не запомнился чем-то особенным.
Весной этого года наши соседи по дому с первого этажа – чета Юферевых – подсказали, что как у жильцов этого дома, у нас имеется прямо во дворе небольшой участок земли размером примерно полторы сотки. Они показали нам, где он находится. Мы не стали долго ломать голову, что с этой землёй делать – перекопали и на всём участке посадили картошку. У Юферевых участок был больше, и на нём стоял добротный хлев, в котором они держали корову. Их участок примыкал к нашему, и хлев был расположен прямо на «границе». Сами они были людьми общительными и доброжелательными, можно сказать – интеллигентными. У них было две дочери, одна работала в школе учителем. Но мы общались в основном со старшим поколением.
Тут мне пришло в голову, что неплохо было бы на нашем участке соорудить сарайчик, который примыкал бы к соседскому хлеву. Юферев одобрил мою затею, так что одна стена, можно сказать, у нас уже была. А для остального я начал подыскивать стройматериал. Стал присматривать на работе, где «что плохо лежит». Приметил демонтированные опоры контактной сети, которые применялись для небольших электровозов на узкой колее. Для новых электровозов они были непригодны – слишком короткие. Были они сложены компактно, недалеко от съезда в карьер, который находился почти напротив нашего дома через две упомянутые выше улицы. Эти столбики я решил использовать для каркаса сарайчика.
Мой практикант уже хорошо научился управлять электровозом 21Е, а саму работу он знал ещё по узкой колее. Когда в ночную смену мы спускались в карьер под погрузку, он один заезжал под экскаватор, а мы с помощником тем временем брали опору и тащили на наш земельный участок. Таким образом в тёмное время суток мы иногда успевали сделать по два «рейса». Пока у меня был практикант, мы с Николаем принесли шесть столбиков, которых мне хватило для каркаса (четыре стойки и две поперечины).
Теперь был нужен материал для стен и крыши. И тут как нельзя кстати началось переселение жителей улицы Февральской в новые благоустроенные квартиры. Дома по этой улице пошли на слом. В одном из таких домов жила многодетная семья Юмшановых – мать с пятью сыновьями и одной дочерью. Дети почти все уже были взрослыми, а один из сыновей, Геннадий, работал машинистом электровоза, и я его знал. Единственная же дочь – симпатичная белокурая Светлана – понравилась Ивану Морозову, моему шурину. Вскоре они поженились. От них-то мы и узнали о переселении и о том, что их дом пошёл под слом.
Когда я заикнулся о том, что мне необходимы доски для постройки сарая, мне тут же разрешили брать всё необходимое, лишь бы пригодилось в дело.
– Нам теперь ничего не нужно, – сказали нам Юмшановы. Их дом уже был снесён экскаватором или бульдозером, но целых досок там было достаточно. Я разбирал щиты, брал доски и носил их на свой участок.
Постепенно мой сарай превращался в довольно просторное помещение. Стены и крышу я сделал из прочных досок, а из самых толстых сколотил дверь. Заодно запасся сухими дровами на годы вперёд. К осени сарай был готов, и я сложил в него все эти дрова.
А ещё под нашей комнатой имелся подвал, вход в который был прямо из комнаты. Подвальчик был небольшой, и мы его немного расширили, чтобы можно было свободно хранить там овощи, варенья и соленья.
Свободное копирование
