Сенокос - 1

Глава 33. СЕНОКОС

На следующий день всех трактористов, кроме Бори, и всех наших помощниц направили на сенокос. Жили мы в лесу на большой поляне – в четырёх трёхместных палатках. Девушки и юноши, конечно, врозь. Еду нам готовили там же, в солидном котле. Распорядок был следующим. В пятом часу утра косари поднимались на работу – «коси коса, пока роса» – и трудились до завтрака. На завтрак поднималась уже вся орава. Я выбрал себе работу – подвозить на лошади сухое сено к стогам, она была мне знакома; косить же я не любил и поэтому у меня не очень хорошо получалось. После завтрака косари забирались в палатки досыпать, а девушки брали вилы, грабли и шли ворошить скошенную накануне траву. Из просохшей травы они делали валки и копны, которые я впоследствии возил. После обеда косари шли метать стога, а я должен был успевать подвозить копны. Окончив работу, шли на ужин, а после него собирались у костра. Пели песни, танцевали под хоровое исполнение «а капелла». Ах, как нам не хватало здесь Бори с его баяном!

Мы с Володей Викуловым решили разнообразить нашу лесную жизнь. Узнали, что так же как и мы, «табором» в палатках примерно в полутора километрах от нас расположились работники, а в основном – работницы Сугатского совхоза. Мы собрались «в гости» поздно вечером, предварительно узнав маршрут у местных ребят, работавших с нами. Они нас напутствовали: «Будьте осторожны, девки там непутёвые, того и гляди наградят чем-нибудь венерическим!» Ничего себе новость! Они-то, конечно, шутили, но я, наивный и доверчивый, поверил. Сразу вспомнились пословицы «в каждой шутке есть доля правды», «говорят – зря не скажут». Но мы с Володей всё-таки пошли. Вначале двигались довольно уверенно, но когда начало темнеть, ориентироваться стало сложно. Нам даже показалось, что мы сбились с пути. Пришлось остановиться и напрячь слух. К счастью, мы услышали доносившиеся до нас голоса и смех. Оказалось, что мы были уже недалеко от цели нашего путешествия.

Мы вышли на широкую поляну, где в ряд выстроились несколько брезентовых палаток. На травке около ближайшей из них, скрестив по-турецки ноги, сидели две девушки и курили папиросы. В моём понятии курящие девушки – это верх распущенности. В нашем коллективе из девушек не курил никто, и даже среди ребят мало было любителей подымить. Несмотря на испытанный мной «культурный шок», на предложение девушек присесть рядом мы согласно кивнули, опустились на траву и начали знакомиться. Назвали свои имена, они свои. Потом мы по их просьбе рассказали, кто мы и откуда, чем занимаемся в свободное от сна время. Они же рассказали, что здесь неподалёку пасут стадо дойных коров и доят их два раза в день. Вдруг Володя встал, и со словами: «Пойду прогуляюсь», – пошёл вдоль палаток. Я решил, что у него здесь была знакомая, поскольку он так и не вернулся. Я же остался один с двумя девушками. Это был явный перебор. Развлекальщик из меня никудышный, да ещё после «дружеского напутствия» на лирику не тянуло. Ведь, наверное, они, бессовестные, сидели, курили, а сами думали, какой бы венерической болезнью меня заразить? А может, сразу двумя? Но тут они сами спасли меня от дальнейших переживаний, поднялись на ноги и, зевая, произнесли дуэтом:

– Пора спать, завтра рано вставать! А ты, парень, заходи в наш шалаш, гостем будешь.

Мне было грех отказываться от такого приглашения, тем более что альтернативой была ночёвка под открытым небом на сырой земле либо блуждание по ночному лесу в попытках найти свой лагерь, причём это могло закончиться ещё более плачевно. В общем, я забрался в палатку и улёгся на постель из свежего сена. Девушки прилегли рядом, с разных сторон от меня. Я оказался зажат между ними в прямом смысле слова, а в переносном – зажат психологически. Призрак венерических заболеваний так и бродил по тёмной палатке, плотоядно посматривая в мою сторону. Право, смешно, но мне было не до смеха. Я лежал на спине, скрестив руки на груди, боялся закрыть глаза и пошевелиться, чтобы нечаянно не коснуться потенциальных разносчиц заразы. Так я и лежал, как мумия, уставившись в потолок палатки. Девушки рядом мирно спали, и к утру сон всё-таки сморил и меня.

Когда я проснулся, было уже светло, и никого рядом не было. Девушки уже ушли на работу, так я их при дневном свете и не увидел. Тут подошёл Володя, и мы с ним двинулись в обратный путь. О своих ночных «подвигах» мы с ним друг другу не обмолвились ни словом. Вернулись в родной лагерь, и тут уже началась новая рабочая смена.

Но девчата что-то хмурились и не разговаривали с нами целый день. Особенно Валя Козлова, сестра Зои. Она старалась нас не замечать, отворачивалась, когда мы были рядом. Да и Дуся ей не уступала. Выходит, они объявили нам бойкот. Но этим вечером мы в «поход» не пошли, и уже на другой день сердца их оттаяли. Правда, иногда нам всё-таки припоминали эту прогулку и беззлобно подкалывали.