27 октября 1910 г. (156)
Утром шла на лекции вместе с папой. Последние дни я видела, что папа со мной что-то не такой, отвечает отрывисто, спросишь - молчит. Я знаю, он недоволен, что я поступила на курсы. Ему и приятно, что я поступила (он хвастается этим перед своими сослуживцами), и обижается, что я мало помогаю семье. Но папа, милый, я всеми силами хочу учиться, быть развитой. Ведь это будет громадная польза для меня и в нравственном и в материальном отношении. Я буду как можно меньше тратить на себя и больше помогать всем.
А может быть папа угрюм оттого, что мальчики плохо учатся. Ах, как бы я хотела иметь такую силу гипноза, внушения, магнетизма, чтобы они слушались меня. Как своротить их, как заставить работать? Вот Наташа имеет влияние! Жаль, что ее нет. Постыдила бы их, чужие как-то больше оказывают влияние. А я, отчего я не могу так влиять? Может быть, оттого, что нет у меня такого живого ума, как у Наташи, и я меньше читала, меньше думала и меньше развита, чем она. Да это все необходимо, но и еще что-то необходимо. Но что?
Свободное копирование
