* * *
Проснувшись однажды утром, он сказал мне:
– Знаете, что мне снилось сегодня ночью? Нет? Ну так вот, мне снилось, что я встретил на дороге Бога, я знал, что это Бог, благодаря странной свече, которую он нес в руке. Идиотский сон, но уж какой есть. И я бегу за ним, чтобы спросить у него что-то о людях, но вижу только сияние свечи и пугаюсь.
Все это происходило в тот период, когда «Нувель ревю франсез» воспылал страстью к моему мужу. Когда Тонио возвращался домой, его носовой платок был изукрашен следами помады, я не хотела ревновать, но мне становилось грустно. Мне докладывали:
– Мы видели Тонио в машине с двумя женщинами.
Он говорил мне:
– Да, это секретарши из «Нувель ревю франсез», они предложили мне выпить с ними по рюмочке портвейна по дороге домой.
Париж беспокоил меня, я думала только о красивых женщинах, которые неотступно преследовали Тонио.
Ах! Это профессия, это священное искусство – быть спутницей великого художника! Этому ремеслу учишься только на практике, долгие годы… потому что ему можно научиться. Я была глупой. Я считала, что тоже имею право на свою долю восхищения. Я думала, это наш совместный труд…
Какая ошибка! Нет ничего более личного для художника, чем его творения: даже если вы положили на это свою молодость, любовь, деньги, упорство, ничто, ничто вам не принадлежит!
В словах «Ах, я помогла своему мужу» есть что-то невероятно детское. Во-первых, никогда точно не известно, не обстоит ли дело ровно наоборот. Возможно, с другой женщиной писатель написал бы больше, лучше. Наверняка мог бы создать что-то другое. Конечно, женщина всегда помогает мужчине жить, но она может и усложнить ему работу. Любая зрительница после часовой лекции писателя мечтает о том, чтобы стать его подругой, единственной верной и понимающей поклонницей любимого автора. Быть музой летчика из «Ночного полета», великого писателя!
И в это мгновение появляется жена и говорит ему: «Муженек, уже поздно, пора возвращаться домой».
Все кончено. Что за женщина! Что за ведьма! Какое отсутствие такта! В тот момент, когда приглашенная им или случайно представленная ему поклонница наконец-то остается со своим кумиром один на один, появляется законная супруга! Поверьте, это непростительно!
Следовало стать бесчувственной, всегда готовой бодрствовать и ни в чем не ограничивать его. Наконец я мало-помалу осознала, что лучше оставить его в покое, дать ему свободу, ведь я доверяла ему.
Как дети, думала я, доверимся судьбе. Ведь есть бог – покровитель детей и супругов!
Но во время холостяцких вечеринок Тонио часто начинал скучать и просил меня звонить ему туда, куда он шел:
– Позвоните мне, прошу вас. Я так ненавижу бессмысленную болтовню, все эти публичные лекции, все эти обеды. Я уже все рассказал… Поверьте мне, дорогая, я готов тратить попусту время, но не переливать из пустого в порожнее. Не важно, что хозяйка дома обидится, если вы позвоните и попросите меня немедленно вернуться домой. Вы же знаете, я слишком хорошо воспитан, поэтому, если вы не позвоните, я не смогу уйти!
У меня вошло в привычку, когда он уходил, отправляться в кино, а потом заезжать за ним к его друзьям. Ах, я чувствовала себя такой хитрой. Тонио утомлялся от выходов в свет. Его приглашали против его воли. А он, сам не зная почему, чувствовал себя обязанным принимать приглашения.
Он был нелюдимым и одиноким. Но при этом любил хорошую компанию. Трезвонящий телефон вызывал у него ужас. Друзья могли беседовать с ним часами. Потом он решал продолжить начатый накануне разговор, прервавшийся в три часа ночи, и снова висел на телефоне до двух часов дня! Мы обедали с телефоном на столе! Перед ним я чувствовала себя растерянной и беспомощной. Как маленькая девочка.
Свободное копирование
