В те же годы начинал свою работу Алли-Вад (Александр Алексеевич Вадимов) — "человек с таинственными руками", как писалось в афишах. Бывший драматический актер, прошедший обучение в "Академии белой и черной магии" Хорстера, он, как и Соколов-Пассо, также в совершенстве обладал техникой манипуляции. Блестящим манипулятором показал себя Марчес, специалист по "загадочным кольцам". Он соединял и разъединял их с такой быстротой, что трудно было уследить за его движениями.
Известно, что одно или несколько колец имеют "секрет", то есть они при помощи пружины раздвигаются, давая возможность кольцам входить одно в другое. Просто? Но сделайте это вы — и без большой тренировки вы непременно попадетесь. Нужна действительно необычайная ловкость и сила пальцев, чтобы добиться успеха. Я вам раскрываю секрет: одно из колец у Марчеса имеет специальную пружину, теперь попробуйте поймать его, когда он вставляет кольцо в кольцо. Убежден, что это вам не удастся.
Заслуженным успехом у зрителей пользовалась артистка Клео До'ротти (Клавдия Григорьевна Карасик), ученица и ассистентка Касфикиса. Клео Доротти широко пользовалась в своем иллюзионном номере трансформацией.
Позже, в тридцатых годах, под руководством Доры Орнальдо, жены известного гипнотизера, был создан экспериментальный иллюзионный театр. В нем были поставлены две пьесы: "Тысяча первая ночь Шехерезады" и "Человек-невидимка" (по Г. Уэллсу). По ходу действия здесь в воздух поднимались столы, стулья, лампа и даже кушетка. Появлялись и исчезали вазы с цветами. Все это строилось на использовании так называемого "черного кабинета", другими словами, все делалось людьми, одетыми в черное, и на фоне черного бархата. К сожалению, литературное качество пьес оставляло желать много лучшего.
Порой фокусники соперничали между собой не столько по части трюков, сколько по "антуражу". Если иллюзионист Каспарди выходил с четырьмя помощниками, то Тафт — с пятью. Если А. Бернардини и его ассистентка Анина подавали свое выступление как вечер "египетских, индийских, тибетских тайн", то некий Кротон де Ридерс, он же "человек-наука", именовал себя "разоблачителем тайн египетских жрецов, факиров, браминов и йогов". Очевидно, для большей убедительности в афишах подчеркивалось, что Кротон де Ридерс выступает в "стильном бухарском серебряном костюме" и что сцену он "декорирует собственными плюшевыми занавесками". Тот же Данте, чтобы "поднять себе цену", привозил большое количество реквизита, но лишь немногие знали, что добрая половина его представляла собой... пустые ящики. Они стояли в коридорах мюзик-холла "мертвым грузом".
В антрактах зрители осматривали эти ящики и искали в них секретов, а их не было, так как эти ящики даже не выносились на сцену. Но зато иллюзионист писал в афише: "Три вагона реквизита".
На афишах для привлечения публики рисовались змеи и летучие мыши, черепа с костями и встающие из могил мертвецы.
Свободное копирование
