Эти научные успехи были встречены в Харькове совсем не однозначно. Кое кто искренне порадовался и меня поздравлял. Но генерал Хадеев тоже вполне искренне... огорчился: "Вот защитишься и уедешь. Подобрать нового начальника учебного отдела будет нетрудно - место выгодное! Представлю того-же майора Потапова - это был мой заместитель -, но с кем же я буду играть в преферанс, и кто будет ходить четвертый этап в эстафете?"
Но, тем не менее, дело шло к защите. Я быстро сдал последний кандидатский экзамен - это была философия. Получил четверку и был счастлив! Сдавал экзамен вместе с Воровичем. Он тогда пребывал в Академии в качестве адъюнкта - по гражданской терминологии, аспиранта. Он готовился долго и как все, что он делал - сверхдобросовестно. Но получил он всего лишь тройку! Я, тем более, почувствовал себя на коне.
И вот однажды я поехал в Москву на защиту. И не с оказией, как ездил по своим научным делам. Училище мне дало официальную командировку, причем на целую неделю. А сама защита чуть было не сорвалась.
Вторым моим оппонентом был назначен полковник доцент Бойко, о котором слушатели говорили так: Бойко бойко ставит двойку - человек педантичности и занудливости необыкновенной. Вот и мне он тоже чуть было не поставил двойку. Отзывов о диссертации пришло много и все были отличные, но отзыва второго оппонента не было. А без второго оппонента защита состоятся не может.
Я пошел на кафедру, где работал мой оппонент. Ноги у меня дрожат - завтра защита, а отзыва нет. В чем дело? А он мне говорит буквально следующее: "Я еще не во всем у Вас разобрался. Видите ли Моисеев, мне надо еще один-два месяца". Вот так! А защита завтра!
И снова добрый случай и снова добрые люди.
В коридоре я встретил Володю Семенова. Мы с ним были одного выпуска - май 42-го. Но он на фронт не попал, а был оставлен в Академии в качестве адъюнкта. Успел защитить диссертацию и обогнать меня в звании: он только-что получил майора. Впоследствии Владимир Михайлович Семенов сделался доктором наук, вышел в генералы и был под занавес своей военной карьеры заместителем по научной части начальника знаменитого тридцатого института.
Я ему поплакался - завтра защита, а тут такое!
"Пошли к Соловью, чего-нибудь придумаем". Генерал-майор Соловьев был начальником нашего факультета и человеком достаточно доброжелательным, хотя и трусоватым. Пришли, докладываем. Соловей пожимает плечами и сетует о неприятностях, которые могут последовать для ученого совета, если защита сорвется на меня ему, разумеется, наплевать. Вроде бы уже отрезанный ломоть. И тут Семенов подает блестящую идею.
"Товарищ генерал, разрешите мне завтра выступить вторым оппонентом". "А диссертация? Она же секретная". "Устроим!" "А отзыв?" "Напишем!" "Ну авиация, смотрите не подведите!" "Не подведем!" - ответили мы уже хором.
Диссертация была, действительно с высоким грифом и хранилась под семью печатями. Но кто поверит диссертанту, что у него нет черновиков? И они у меня, конечно, были. А кроме того, голова - это ведь самый надежный сейф для секретных документов. Мы поехали к Володе домой. Он был уже женат. Его жена Лена нас накормила обедом, и мы сели работать.
Володька Семенов был очень способным человеком. Слегка безалаберный, слегка с ленцой - что греха таить? Но был всегда прекрасным товарищем и когда надо понимал все быстро, делал четко и хорошо. За два часа он во всем разобрался. Еще час мы с ним вместе писали отзыв, а потом - само собой разумеется, весьма неплохо выпили. Я у него остался ночевать.
Свободное копирование
