26 марта 1940 года
Федя, путешествуя с мамой по рынку, углядел в палатке броневик. Броневик поразил его своей внешностью и размерами: небесно-голубой, громадный, а когда тянешь за верёвочку, башня начинает медленно вращаться и раздается треск. Робко попросил маму купить чудесный броневик, мама сурово отказала (очень у мамы денег мало). Сегодня Федя опять потянул маму к палатке. "Федя, ты ведь знаешь, что не могу". "Да нет, мамочка, я только полюбуюсь и, может быть, пальцем дотронусь, если достану. Уж очень хочется!" Сознавая, что поступает преступно-легкомысленно, мама купила броневик, и Федя с треском покатил его по рынку, пугая молочниц и мясников.
28 марта 1940 года
Опять захворал. Ночью жар и кашель. Даже обычное терпение и покорность ему изменили. Между приступами кашля с отчаянием говорит: "И зачем я только родился? То испанка, то зуб, то воспаление лёгких! Да разве это всё можно выдержать маленькому мальчику?"
29 марта 1940 года
Днём очень плохо, сильный жар, кашель. На ночь мама поставила круговой компресс, который Федя ненавидит. Ночью спал плохо, мешал компресс, жар меньше. Очень трогателен. Сам доставал себе воду и горшочек. Уговаривал маму: "Ты не беспокойся, мамочка, спи. Я всё, всё сам сделаю. Ты и так со мной да с бабой замучилась.
30 марта 1940 года
Компресс помог. Феде гораздо лучше. Температура небольшая. Приехал папа, привёз Феде яблок. "Папа, видишь. мне уже лучше!" Папа только рукой махнул. "Что тут говорить. Всё время больной! Горе одно!" Федя удивился: "Как трудно папу обрадовать! Как мы с мамой ночью старались, чтобы победить микробов, а папа даже не радуется, а ведь мы их почти всех уничтожили!"
Свободное копирование
