18 июля 1939 года
Торжественно праздновали Ирино рождение. Был вкусный чай и гости. Федя вёл себя хорошо, старался занять гостей, был мил, однако скоро ему это надоело, и он убежал к соседям. Как раз в разгар чаепития ударили в набат - горел лес. Сразу поднялась суматоха. Мама еле-еле нашла Федьку, который сидел у соседей на заборе, стараясь в бинокль рассмотреть пожар. Пошли смотреть. Федора особенно привлекала пожарная машина. Очень горевал, что мы не видели, как мчались лошади на пожар. Но когда мы подошли к пожарному сараю, то лошади только ещё собирались "нестись", причём очень неторопливо. Прождали торжественного выезда минут десять, потом решили пойти по дороге к лесу, посмотреть поближе. Пожар, по-видимому, кончился, да и был он очень маленький. Но в поле было очень хорошо, тихо и тепло. Федя успокоился и не спеша шел по дороге, поднимая с наслаждением целые тучи пыли. Дошли до опушки, посмотрели на дым, поднимающийся из-за деревьев, и повернули обратно. Подходя к деревне, встретили долгожданную бочку и насос, которые лихо пронеслись мимо нас с посвистом и гиканьем. Федя укоризненно посмотрел вслед пожарной команде и с сожалением сказал: "Ох, растяпы, растяпы". Долго не мог заснуть. Наверное, устал, а может быть, трудно было пережить первое серьезное разочарование в жизни.
Свободное копирование
