25 сентября 1938 года.
Фёдор осрамился - ударил Лидочку по руке палкой, причём, наверное, очень больно, вопли были ужасные. Мама выходит на крыльцо: Федька и Шурик стоят около крыльца смущённые, Лидочка рыдает на груди у своей мамы.
"Федя, почему Лидочка плачет?" Федя молчит, Шурик отвечает: "Это он её палкой ударил!" "Федя, как тебе не стыдно?" - говорит мама. "Это не я, это Шурик!" Мама спрашивает Лидочку: "Тебя, Лидочка, кто обидел?" "Да, они оба дрались!" "Ну, Федор, иди домой!"
Дома Федя совсем падает духом, весь красный, губы трясутся. "Ну, за то, что ты правду сказал, я тебя не накажу. Но ведь теперь тебе гулять-то нельзя. Теперь все мамы будут бояться, что ты обидишь их детей. И никогда теперь тебе с Лидочкой играть нельзя будет". "А может быть, она забудет?" "Ну, Федя, такие вещи не забываются. Как же нам с тобой теперь быть? Знаешь что, по-моему, тебе лучше пойти прощения попросить, тогда, наверное, всё забудется". Федя согласился: "Только и ты со мной иди". Вышла мама в сени "Ну теперь иди один". "Один не пойду". "Ну тогда иди домой и сиди дома". Федька рассердился, вышел на крыльцо и грубым, злым голосом сказал тёте Кате и Лидочке: "Думаете, прощения не будет? Всё будет! И прощение, и поцелуи..." Тётя Катя говорит: "Ну вот и хорошо. Помиритесь и играйте". Федя: "Пусть она сюда, ко мне, на велосипеде подъедет". Лидочка смиренно подъехала. Федя подошел к ней, стащил с велосипеда и шепотом сказал: "Прости, я нечаянно. Я вообще никогда больше так делать не буду. Никогда!" Обнял её, встал на цыпочки и поцеловал.
26 сентября 1938 года
Страшно не любит, когда его называют "Фэда", сердится и даже плачет. Фэда его называли карачаевские ребята в Теберде. Ему кажется, что это как-то очень обидно и оскорбительно звучит. А мама, как нарочно, очень часто забывает, хотя много раз давала Феде обещание никогда его так не называть.
Свободное копирование
