В 1942 году из тюрьмы выпустили мужа Каси и эвакуировали из Москвы в Свердловск — в их края. Она тотчас же отправилась к нему. Однако пережитое в тюрьме так повлияло на него, что он вернулся, испытывая ко всему полное безразличие. Месяц тяжело болел и вскоре умер. Кася не вернулась в деревню. Нашла себе в городе работу получше. Да и к чему возвращаться? Жизнь в уральской деревушке с каждым днем все ухудшалась. Продукты дорожали. Пенсии Йоши не хватало даже на хлеб. Потихоньку стали продавать привезенные из Москвы вещи. Вскоре обнаружилось, что продавать больше нечего. Голодали. У мальчика не было сил. А мороз ужасный. Страшный холод и ночью, и днем доводил до отчаяния. Тогда Петя и получил ревматизм, осложнившийся с годами тяжелой болезнью сердца.
Лето и осень 1943 года как-то продержались, но Йоша опасалась, что еще одной зимы мальчик не перенесет. И решилась: Петя должен вернуться в Москву. В московской квартире есть вещи, которые можно продать. Ему помогут соседи, знакомые. Что бы ни случилось, все лучше, чем тут, в деревне. А она перебьется. Но как он один пустится в многодневное путешествие? Впрочем, он бы в любом случае не получил от властей разрешения на выезд. Вот и придумали: тот, кто поедет в Москву, мальчика усыновит — фиктивно, разумеется, и возьмет с собой.
Идея отправить одиннадцатилетнего подростка навстречу неясной судьбе, в самостоятельную жизнь, когда вокруг страшная военная действительность, сегодня выглядит абсурдной. Но она была продиктована высшим материнским инстинктом. Словно повторялся извечный мотив из сказки, где мать спасает маленького сына от смертельной опасности, выталкивая его одного в грозный мир.
Что он при этом испытывал? Страх или отчаяние? Говорит, ни то и ни другое. И доказательно убеждает, что дети невероятно гибки, легко адаптируются, относятся ко всему как к приключению. Сам он ни минуты не сомневался, что справится. Взял с собой ключи от квартиры и — в путь.
Свободное копирование
