На высочайшей точке подъема железнодорожного пути стоить столб с красноречивою и лаконическою надписью «11 528 футов над уровнем океана». Однако, это еще не вершина перевала, но здесь поезд входит в мрачный туннель длиною почти 4 версты (21/2 мили). Перед въездом в этот туннель кондуктор обошел вагоны, тщательно затворил все окна и зажег лампы. Здесь я покинул восточную часть материка Северной Америки. За туннелем начинается уже западная часть, представляющая вплоть до гор Сиерра-Невада дикое пустынное плоскогорье, лишь у Тихого океана окаймленное плодородною береговою полосою.
По выходе из туннеля прежде всего бросается в глаза высокая одинокая гора, называемая горою Святого Креста. На ней имеется три глубоких ущелья — одно продольное и два боковых, пересекающих продольное в одной точке; эти ущелья постоянно наполнены вечными снегами. Зимою, когда вся гора покрыта снегом, она представляется одной снеговой шапкою, но летом, когда вершины и склоны обнажаются, три упомянутые ущелья ясно вырисовываются — на мрачном фоне темных скал в виде огромного белого креста. Издали можно подумать, что крест просто нарисован на склоне горы. Местность, по которой мы теперь ехали, пожалуй, еще красивее, чем раньше, до туннеля, но она не так разнообразна в беднее водою. Поезд шел всё скорее и скорее, так как непрерывно спускался под гору; однако, из предосторожности его везли всё еще два паровоза, и только на станции Аспен один паровоз был отцеплен, и мы двинулись дальше обыкновенным порядком.
Истинные туристы по большей части останавливаются на упомянутой станции и ночуют здесь, чтобы любоваться последующими видами при дневном свете, но я торопился дальше, зная, что завтра воскресенье, единственный день в неделе, когда обыкновенные смертные допускаются в знаменитый храм мормонов. Таким образом чудеса местности вплоть до станции Гранд джанкшен (Grand Junction) остались мне неизвестными. Всю ночь я спокойно спал в роскошном пульмановском вагоне. Когда я проснулся и выглянул в окно, характер окружающей местности был совершенно иной: вместо диких ущелий и величественно нагроможденных скал, тут была горная равнина, только на горизонте окаймленная холмами, похожими издали на какие-то гигантские многоэтажные здания. По-видимому, эти холмы составлены из чередующихся горизонтальных напластований твердых и более мягких горных пород, так что профиля их представлялись частями вертикальных и наклонных прямых, расположенных весьма правильно.
Свободное копирование
