Чтобы не отвлекаться описаниями экскурсий за город, я посвящу эту главу исключительно самому Нью-Йорку и начну с гостиницы Grand Union Hotel, представляющей тип, по которому устроено и большинство других гостиниц в Соединенных Штатах. Весь нижний этаж занят рядом зал, предоставляемых в общее пользование: кроме столовых, тут имеется гостиная для мужчин, гостиная для дам и великолепная комната, специально приспособленная для писания писем (writing room); тут стоят столы со всеми принадлежностями для письма, не исключая и целых полок с почтовою бумагой и конвертами. Последние снабжены красивыми виньетками гостиницы и назначаются в бесконтрольное распоряжение постояльцев. Тут же имеется почтовый ящик для опускания писем и телеграфная станция. В особой читальной комнате лежат всевозможные газеты (однако только американские и английские) и множество изящно переплетенных альбомов и иллюстрированных изданий с видами наиболее достопримечательных мест великой республики. Первая комната нижнего этажа представляет огромные сени, сообщающиеся с улицею несколькими дверями, при которых однако не имеется обычных в Европе швейцаров. Все двери вследствие теплой погоды открыты, и через них снуют туда и сюда толпы людей. В сенях имеется нечто вроде обширного прилавка, за которым стоят несколько джентльменов, весьма прилично одетых и вечно роющихся в каких-то неимоверно больших конторских книгах. Каждого постояльца записывают в одну из этих книг, там же выставляется № отводимой ему комнаты — и тем кончаются все формальности. По стенам сеней устроены особые полки, заставленные расписаниями поездов бесчисленных американских железных дорог в красивых обложках; каждое расписание имеется во многих экземплярах, и желающие могут брать их себе. Тут же помещается «ticket office», т. е. конторка, в которой можно не только приобрести билет на поездку с любым поездом или пароходом, но и посоветоваться относительно наивыгоднейшего или кратчайшего направления.
Для дам имеются особые общие комнаты, и потому мужчины в своей читальне не стесняются и, сидя на стульях, кладут ноги на стол или на подоконник поднятого окна. Нельзя не сознаться, что такое сиденье весьма быстро восстановляет силы, особенно после продолжительных прогулок пешком. Некоторые снимают при этом сюртуки и жилеты и щеголяют красивыми подтяжками, вышитыми разноцветными шелками. Надо заметить, что во время моего пребывания в Соединенных Штатах стояла весьма жаркая погода, и это особенно чувствовалось в городах; мне часто приходилось спать совершенно раздетым и при поднятых окнах всю ночь; климат сухой и чрезвычайно здоровый. Мужчины обыкновенно не носят жилетов и заменяют их широким шелковым поясом, но мелкие чиновники даже в присутственных местах, а прочие и просто на улицах, прогуливаются в одних невыразимых. Это считается приличным при одном условии — чтобы подтяжки были красивы; вот почему я сказал выше, что мужчины щеголяют подтяжками.
На улицах Нью-Йорка, несмотря на чрезвычайно широкие тротуары, страшная толкотня и давка. Все куда-то спешат. Между ногами постоянно шныряют босые мальчишки с огромными кипами несложенных газетных листов; газеты печатаются тут по-нескольку раз в день, и потому мальчишки предлагают всегда самые свежие новости. Есть очень дешевые газеты в 1 цент; есть ежедневные иллюстрированные газеты. Всё это читается на ходу или в вагонах конно-железных дорог и затем бросается тут же на улицу, отчего улицы очень грязны. Сюда бросают также корки апельсинов, бананов, арбузов и пр. Фруктов везде множество, а на базарах они свалены кучами прямо на мостовую. Фрукты, конечно, освежают в жаркую погоду. Но, кроме фруктов, на всех перекрестках, а особенно в аптеках бойко торгуют содовою водой и мороженым. Американцы ухитрились даже соединить и то и другое вместе: в стакан кладут порцию мороженого, поверх которого прямо из крана льют содовую воду, подкрашенную еще каким-нибудь цветным сиропом. Такую сладкую и холодную бурду уже не пьют, а едят ложечкою; это называется Ice cream soda water и продается по 5 центов стакан (10 коп.). В аптеках и у дрогистов платят 10 центов, но там подают чище, и стаканы всегда в изящных высеребренных подстаканниках. Тут же на прилавке имеется особая машина для мытья стаканов. В резервуаре устроены вертикальные трубочки, оканчивающиеся горизонтальными разветвлениями, загнутыми в одну сторону. Если на эти разветвления надеть опрокинутый стакан, то от его тяжести трубочка опускается, и из её веток льются струи чистой воды; при этом стакан приводится в быстрое вращение и через несколько секунд делается совершенно чистым. Процесс мытья стаканов этою машиною так красив, что собирает толпы любопытных и увеличивает выручку догадливого торговца.
Приезжего в Нью-Йорк прежде всего поражают на улицах чистильщики сапог. Необходимо заметить, что в круг обязанностей прислуги в американских гостиницах вовсе не входить чистка платья и сапог постояльцев. Поэтому каждый, не желающий заниматься этим самолично, волей-неволей принужден обращаться к уличным чистильщикам. Тогда как в Европе к подобным господам обращаются лишь в исключительных случаях, здесь в Америке они имеют обширную практику. В Европе они не имеют никаких приспособлений — разве только какую-нибудь жалкую скамеечку. Здесь чистильщики сапог воздвигли на перекрестках улиц высокие пьедесталы, на которых стоит одно или целых два роскошных, обитых бархатом кресла, так что сапоги сидящего оказываются на грудной высоте чистильщика, который не принужден изгибаться в три погибели, а работает стоя. В пьедесталах устроены выдвижные ящики, где сложены сапожные и платяные щетки и разные иные туалетные принадлежности. Над многими креслами укреплены еще зонтики, избавляющие сидящих от палящих лучей Солнца. На кресло садишься с полным комфортом и во время чистки сапог успеваешь прочесть газету. Кроме таких привилегированных чистильщиков, в Нью-Йорке имеются и другие, классом ниже; обыкновенно это мальчишки негры, просто пристающие к прохожим с пронзительным кривом «шайн» (shine — блеск).
Кстати о неграх. В Нью-Йорке их не много, но всё же на улицах попадаются разные, так называемые здесь «цветные» люди. Все они одеваются одинаково с белыми и не возбуждают ни в ком удивления. Тут можно видеть все оттенки от белого до черного. Некоторые метисы и мулаты очень красивы и держат себя с достоинством. К цветным людям принадлежат и китайцы, занимающиеся в Нью-Йорке исключительно ремеслом прачек. Если попадется вывеска laundry (прачечная), то в окна можно любоваться, как сыны Небесной империи гладят белье. Они носят здесь свой национальный костюм и длинные косы. Говорят, что китайцы — лучшие прачки в мире.
Свободное копирование
