К середине сентября я пролистал все свои учебники, которые приобрёл для восьмого класса. Я так делал уже три года подряд, притягиваемый любопытством узнать, что в них скрывается, и чего мне предстояло изучать впереди. Интерес вызвали как всегда только книжки гуманитарных предметов с ворохом художественных иллюстраций и понятным материалом, который не требовал разъяснений. Моё внимание в этот раз привлекло в основном пособие по литературе, где было много незнакомых повестей, стихов и рассказиков. И я заметил, что в этом пособии больше всего места уделили роману Фадеева "Молодая гвардия".
"Молодую гвардию" я не читал, но знал её содержание благодаря одноимённому художественному кинофильму. В учебнике был представлен большой отрывок "Гвардии". Я быстренько пробежал глазами по страницам отрывочка, задерживаясь лишь на моментах, расписывающих боевые подвиги молодогвардейцев, и забыл о нём. Меня заинтересовали другие печатные творения, дополняющие учебник литературы.
И вот как-то раз в школе, на большой перемене, я стоял в кругу одноклассников, и один из них вдруг неожиданно произнёс:
— Парни, вы заметили — в нашей "литературке" уже стали печатать настоящую порнографию.
Мы все от удивления превратились в каменные столбы. И кто-то из нашего кружка в сомнении бросил товарищу:
— Ты чего байки какие-то рассказываешь? Такого быть не может.
— А вы там "Молодую гвардию" откройте и найдите то место, где баб отбирают для угона в Германию. Прочтите его, и обалдеете.
Один из ребят захотел, было, уточнить, на какой странице находится любопытный кусочек, но прозвенел звонок, и мы все пошли на урок.
Придя домой, я решил проверить заявление одноклассника. Взял учебник, распахнул его на "Молодой гвардии" и стал разыскивать упомянутый отрывочек. Потратил минут пятнадцать и нашёл его. Прочитал. И передо мною и вправду нарисовалась очень откровенная сценка, которая, не смотря на свой драматизм, вызвала возбуждение. И чувства взбудоражила и сама сценка, так как ничего подобного я не встречал в других литературных произведениях, и мысль о том, как она могла оказаться в школьном учебнике и остаться там. И вот что я прочитал.
Одну из второстепенных героинь романа девушку по имени Галя Астахова вызвали повесткой в немецкую комендатуру. Она испугалась непонятного вызова, но в комендатуру всё же пошла. А там с повестками собралось ещё с полсотни молодых женщин, и все они выстроились в очередь у какой-то комнаты. Астахова присоединилась к этим женщинам, и все они начали поочерёдно входить в комнату и через пять минут выскальзывать оттуда и устремляться на улицу. И Астахова заметила, что все женщины покидают комнату с пунцовыми лицами, поправляя на ходу одежду. Подошла её очередь, и она тоже зашла в ту комнату.
В небольшом помещении находилось двое мужчин: один писарь-русский, а другой фельдшер-немец. Астахова только успела назвать своё имя и фамилию и отдать повестку, как немец с ходу приказал ей: "Раздевайт", что означало лишь одно: раздевайся. Она в непонимании похлопала глазами, а фриц в действии показал, как это нужно делать, дёрнув петли на пуговицах её платья и враз их расстегнув. Астахова, стыдясь, начала снимать одежду и, дойдя до нижнего белья, остановилась, а немец, не замечая её стеснения, грубо велел ей снимать с себя всё до нитки. Она растерялась, но всё же разделась догола. А фриц оглядел её с ног до головы, залез пальцами в рот, осмотрев зубы, затем брезгливо ощупал руки и помял дрожащие бёдра, и только тогда сказал одеваться.
Будоражащий отрывочек я потом перечитывал несколько раз. Перечитывал и думал: почему тогда подростков не пускают на фильмы, где показывают нагих женщин, если уж в учебнике литературы возбуждающе описывают женское обнажение.
Свободное копирование
