Подошла к концу весна, а вместе с ней и учебный год. У меня за неделю до летних каникул случился второй приступ аппендицита. Скрутило так сильно, что я вместо школы отправился в больницу. "Скорую" мне вызывать не стали, и я сам в сопровождении мамы потихоньку пошёл в детскую больницу, которая стояла на Полянке в десяти минутах ходьбы от нашего дома. В больничке, в приёмном покое мне помяли живот и сказали: "Мы тебя оставляем", потом помыли и отправили в предоперационный бокс.
Я очутился на кровати в больничной палате, и меня сковала боязнь. Но в животе дёргало так сильно, что это заставило смириться со своим положением и с тем, что ожидает. Правда, я всё же надеялся, что вот сейчас боль утихнет, и меня отпустят домой. Но вскоре в дверном проёме показались две медсестры с каталкой и позвали перелечь к ним на лежачок. Тут уж мне стало ясно — операции не миновать, и я послушно исполнил просьбу медичек. И медсестры повезли меня по коридору и вкатили в просторное помещение, где стоял длинный белый стол. Мне сказали перебраться на стол-ложе, и началось...
Одна из медсестёр ушла, а вместо неё пришёл мужчина. Оставшаяся сестричка доброжелательно предложила мне на выбор: или бодрствовать под местной анестезией во время операции, или спать, надышавшись хлороформа, при этом дав его понюхать и понять, что это за гадость такая. Я нюхнул и ответил: "Буду бдеть и смотреть на происходящее". Тогда сестра и мужчина поддержали меня добрым словом "молодец" и приступили к делу.
Мне загородили обзор живота, и к заграждению привязали руки. Закрепление рук объяснили тем, что я могу ими удариться об стол во время операции. Потом медсестра повела со мною разговор, интересуясь, где я учусь, где живу, с кем дружу, что больше всего мне нравится. И за её вопросами и моими ответами пошли какие-то хирургические манипуляции, укрытые от моего взора. Через какое-то время у меня появились в животе неприятные тянущие ощущения, но оперирующий мужчина успокоил — он уже заканчивает, и больше я ничего не почувствую, и вообще через десять минут меня отправят назад в палату. И он не обманул. Вскоре беседовавшая со мною сестричка развязала мои руки, сняла ограждение и позволила взглянуть на живот, на котором сбоку уже виднелся большой пластырь. Затем появилась другая медсестра. И они вдвоём переместили меня на каталку и отвезли в реабилитационный блок.
Свободное копирование
