С осени 1910 г. стало ощутительно заметно какое-то оживление в общественных настроениях. Оно выразилось, между прочим, в двух грандиозных манифестациях. В начале октября скоропостижно скончался председатель первой Государственной думы Муромцев. 7 октября состоялись в Москве его похороны. Москва всколыхнулась. М.М. Ковалевский говорил, что с грандиозностью этих похорон могли сравниться разве только похороны Тьера в Париже. Панихиды на дому были так многолюдны, что нечего было и думать впустить в квартиру всех приходящих, и каждая панихида повторялась затем под открытым небом, на обширном дворе дома. Лес венков и громадная толпа окружили дом перед выносом тела, и, когда мы шли в похоронной процессии к университетской церкви, толпа все росла. Дошли до Театральной площади и увидели, что она запружена новой громадной толпой. После отпевания процессия двинулась к Донскому монастырю, где совершалось погребение. Уже сгустились вечерние тени, когда у могилы начались речи. При свете факелов говорились эти речи, перед толпой, наполнившей обширную еще пустую тогда поляну вновь разбитого кладбища. Говорили Мануйлов, как ректор университета, Кокошкин, Родичев, Милюков, я, Щепкин — как товарищи Муромцева по партии, говорили представители учащейся молодежи и адвокатуры. Полицеймейстер ужасно волновался и нервничал, прерывал речи и нарушал торжественную чинность общего настроения. Распоряжался похоронами А.Р. Ледннцкий, и много забот выпало в этот день на его долю.
15 октября фракция народной свободы предложила Думе почтить память председателя первой Думы вставанием. Все фракции готовы были принять это предложение. Но правые запротестовали. Председательствовал в этом заседании товарищ председателя кн. Волконский, принадлежавший к правому крылу. Вообще он отправлял свои обязанности вполне беспристрастно, но тут отказался предложить Думе почтить память Муромцева, ссылаясь на возникшее разногласие.
В ноябре того же года скончался Лев Толстой. В день его похорон масса народа устремилась в Ясную Поляну. Вокзал и поезда были переполнены. Общество любителей словесности в этот день устроило публичное заседание о Толстом, на котором говорили я, Сакулин и Айхенвальд. Председатель Общества Грузинский уехал на похороны в Ясную Поляну, и мне в качестве товарища председателя пришлось распоряжаться заседанием. И весь день до самого начала заседания звонок не умолкал в моей квартире; все спешили обеспечить себе билет для входа в здание.
Смерть Толстого вызвала ряд демонстраций с лозунгом "Отменить смертную казнь!". Недавняя статья Толстого "Не могу молчать" — пламенный протест против казней — была у всех в памяти. Студенчество пришло в движение, стали устраиваться сходки, в обществе собирались подписи под декларацией против казней, в Думе левое крыло внесло предложение о постановке на очередь давно внесенного законопроекта об отмене смертной казни, но Дума отложила это предложение 161 голосом против 131.
Свободное копирование
