10 октября 1969 г.
У Бергмана в «Земляничной поляне» профессор нигде не вспоминает себя в детстве или юности – просто переносится в то время, но облик его остаётся нынешним: вот он в гостиной родительского дома, все вокруг живы и молоды, говорят о нём, а он стоит рядом – старый, невидимый ими.
Бергман не делает различия между сном, воспоминанием и явью: они лежат в одной плоскости, в едином измерении. Ему достаточно войти в подворотню,, чтобы оказаться в другом городе, ином мире. Или свободно открыть перед героем заколоченную дверь и ввести туда, куда направляет его память.
Настоящий кошмар – лицо человека как смятая роза, уличные часы без стрелок и такие же – без стрелок – часы–«луковицы» в коробке у матери профессора.
Все эти приёмы можно выучить, а вот адаптировать под себя невозможно. Как говорил Гёте, первый, кто сравнил женщину с цветком, был гений. Все остальные – жалкие эпигоны.
Свободное копирование
