*****
24 августа мы вылетели в Краснодар. Из багажа мы с собой везли лишь две небольшие сумки, которые нам разрешили взять в салон, и небольшая, специально сделанная мной на работе, клеточка, в которой мы к Лёлюшке везли её дружка — крысёнка Мишку.
Прилетели днём. Встречать нас в аэропорт приехал Саша на своей неизменной «Волге». День выдался тихий, солнечный, в природе чувствовалось едва заметное приближение золотой осени. Какое же всё-таки это благодатное место — Кубань!
В Тихорецке, у подъезда своей девятиэтажки, мы увидели нашу дочурку, которая с нетерпением ждала нашего приезда. Не успели мы выйти из машины, как она, наша любимая, буквально повисла на нас. Ох, и соскучилась! Когда поднялись в квартиру, тут нас встретили Сашина Люба и тётя Нина. О, радость встречи! Ведь не виделись целых два года! Отпуск — счастливое время года — начался!
Первые дни после нашего приезда Лёля от нас буквально не отходила ни на шаг, мы всё время о чём-то говорили, говорили... А поговорить было о чём, новостей накопилось предостаточно. Основная тема, конечно, школа. Наше сообщение о том, что решили забрать Лёлю в Надым, она, как мы и предполагали, восприняла с ликованием.
Крысёнок Мишка, это было заметно, хозяйкой признавал только Лёлю — в её комнате жил, на её диване спал. За всё время отпуска в клетке ни разу не находился. Один раз из-за свободы пострадал: попёрся за Лёлей в ванную комнату, а та его не заметила, и, прикрывая дверь, прижала Мишке хвост. Первый раз в жизни мне довелось услышать, как взвизгивает крыса — звук пронзительный, неприятный. Но ничего, обошлось, только посередине «шнурка» осталась тёмная метка.
Я забыл рассказать ещё об одной Лёлиной «прихоти» — незадолго до нашего приезда она купила в квартиру двух маленьких попугайчиков «неразлучников» с большой красивой клеткой. Один — зелёненький, а второй — голубенький. Красивые. По поводу новой «живности» в квартире мы с Любой хотели поворчать, но дочь нас вразумила:
— Я тут от скуки и одиночества чуть с ума не сошла! Вы думаете, легко находиться ночью одной в пустой квартире? Я ставила клетку возле дивана, и спала при свете.
Больше на эту тему мы не говорили. Действительно, и как мы об этом сразу не догадались? Бедный ребёнок...
Сразу после приезда я зашёл к соседям Михайловым и попросил абонентскую книжку для оплаты переговоров, которые Лёля делала с их телефона. В абонентском отделе мне выдали распечатку, я глянул и... обалдел: с нас — 3.267 рублей. Да... Тяжело переносила Лёлюшка дни разлуки с нами, одним спасалась — телефонным звоночком в родной дом, в Надым...
В последний день августа мы с Любой поездом уехали на курорт. С 1 сентября у нас началось лечение, а у Лёли — школа, 11-й класс.
Свободное копирование
