1 мая
Положение неопределенное. Тут за Рудками сейчас же позиции, ночью подойдут главные силы. Самбор в огне, слышны потрясающие взрывы: рвут вокзал, пакгаузы, мосты, дорогу. Весь горизонт в зловещем зареве: горит Драгобыш, горят нефтяные бассейны. Часть нефти разлилась по реке, и получилась пылающая вода. Горит Перемышль. Все небо в облаках копоти, и мы все ходим в саже, которая сыплется, как дождь.
Обидно, что отступают победители, а наступают битые. Австрийцы еле преследуют — сами не верят, и наши отступают, не имея снарядов и патронов, их колотят. Наша артиллерия уходит без снарядов и идет часто впереди нас.
Кто же все-таки виноват во всем этом? Кто все это допустил? Бросить все то, что полито русской кровью, что завоевывалось с такими жертвами!
Вместе с нами, вернее следом за нами, идут толпами беженцы-русины. Они со скотом, скарбом, ребятишками. Коров и телят продают за пять рублей и три-два целковых, а то готовы отдать и даром. Коровы еле идут, уже все с набитыми ногами и провалившимися боками. Сами русины голодные, жалкие. Говорят, что мадьяры зверствуют и вырезают всех поголовно вплоть до детей. И куда только денутся эти несчастные?
При всем желании помочь им нечем, и даже нельзя купить у них коров, так как их буквально девать некуда, а на мясо они не годятся, да и его нам не надо.
Свободное копирование
