16 ноября. «Милая Анюшка! О том, что Ирина не приехала, я уже знал. Ты слишком давно и напряженно ее ждешь и устала от этого ожидания. А ждать есть великая мудрость, и не дается всякому… Последнее время я замечаю у тебя склонность к пессимизму. Это ты пожила более сосредоточенно, более одиноко. Внимательнее поглядела вокруг и свернула на дорожку грустного восприятия жизни. Не углубляй этого. Не стоит. У тебя особенно нет к этому причин.
Ваши "одинокие праздники" удивили меня. Ну мне, отшельнику, это положено, а в людной Москве остаться, с накрытым к тому же столом, без гостей — что-то необычно. Я не люблю и люблю праздники. Одинокому человеку в них больше грусти, сильнее проявляется желание быть в кругу близких. А люблю по старой гимназической привычке к празднику, дню особенному, дню свободному…
Сегодня воскресенье, праздник. Встал в свое время, как обычно, в 7 часов, еще утро серело, размел дорожки на усадьбе. Идет снежок, погода милая. Убрался в комнате, почитал "Форсайтов". Книга любопытная, в ней много зла, ума, насмешки… Вечерами прилежно пишу. В уюте моей комнаты в полной тишине и одиночестве — так отлично вернуться к прошлому. Живу сосредоточенно. Бывает у меня лишь художник А.В.Григорьев. С ним интересно. За ним большое прошлое. К огорчению, он только курит, и от этого мне бывает "томно". В больнице по-прежнему все "вон из души". Радует только отношение больных. Общение с ними — это есть "упражнение в делании добра".
Кстати, что сталось с портретом Константина Николаевича, написанном здесь Крандиевской? Миша».
Свободное копирование
