1 февраля. «Милая Анюшка! Проскочила еще неделя. Сумерки стали голубее и длиннее, а утра не так темны. К весне идем, к весне! И съели уже весь картофель, и завтра надо идти за ним на базар… Наблюдая теперь широко население, я вижу, как тяжело всем. И сколько достоинства в отношении к этому несчастью, и как даже детишки умеют молчать о нем. Недавно старик дедушка привел на прием голубоглазую милую дочурку и шепотом спросил у меня: "А хлебца в больнице дадут?" — "Шестьсот грамм", — ответил я. "Кладу". А девчурка на обходе на следующий день на мой вопрос, "когда она ела хлеб", шепотом ответила мне: "Никогда". И какое удовольствие выражало ее личико.
На днях подвезли мне машину дров. Мы убираем их. Идет одна баба по воду, поставила ведра и стала помогать нам. Идет другая и тоже ставит ведра и молча принимается за дело. Так миром кончили эту тяжелую работу.
Кстати, очень метко население прозвало лепешки из картофеля — "терунки", "тошнотики", "рвотики", а из мороженного картофеля, нарытого теперь в поле, — "кавардашки". Ведь это гениально».
Свободное копирование
