Первая же встреча нашей делегации с деятелями китайской кинематографии собрала многочисленнейшую аудиторию.
Руководитель нашей делегации А. С. Федоров, коснувшись сотрудничества китайских и советских кинематографистов, отметил значение кинематографии Советского Союза, Китая и стран народной демократии в борьбе за мир. М. А. Ладынина, Б. П. Чирков, В. М. Петров, М. Н. Смирнова и В. А. Павлов поделились опытом своей работы. С ответным словом выступил Цай Чу‑шен, глава китайской делегации на VII Международном кинофестивале в Карловых Варах, подчеркнувший, что киноработники Китая хотят учиться у своих советских товарищей.
Моя беседа с актерами, режиссерами и журналистами продолжалась без малого шесть часов и тесно сблизила меня с китайскими товарищами, с их делами и творческими замыслами.
Когда я вошел в зал, предоставленный администрацией Северной гостиницы для нашей встречи, меня пригласили к столу, на котором стояла банка с тушью, лежали кисточки и были разостланы два розовых шелковых платка, и попросили расписаться на обоих платках, уже заполненных автографами присутствующих. Таков один из обычаев местного гостеприимства, с которым впоследствии мне пришлось встречаться в различных городах. И теперь, держа в руках один из этих платков, врученный мне китайскими товарищами после встречи, я с удовольствием вспоминаю ее подробности.
{357} Среди присутствующих преобладали студенты Пекинского киноинститута, молодые сотрудники Пекинской киностудии, преподаватели актерского мастерства и актеры Пекинского молодежного театра. Это были молодые люди, преимущественно в возрасте от 22 до 30 лет. Большинство из них прошло суровую, но отличную жизненную закалку, участвуя в боях Народно-освободительной армии. Многие из них были бойцами, политработниками, комиссарами, многие были актерами и режиссерами фронтовых театров или участниками популярных литературно-художественных агитационных коллективов «янгэ».
Вот молодежь нового свободного Китая, которая с оружием в руках и с боевым политическим словом на устах, преодолевая трудности фронтовой обстановки, в непрерывной битве за свободу и счастье народа отвоевала себе право избрать любимую профессию и отдаться творческому труду!
Эти молодые люди, преисполненные гордости за судьбы своего поколения, с громадной надеждой ждут от нас помощи и совета. Круг их интересов многообразен, и я с большим вниманием выслушивал их вопросы, стараясь как можно полнее отвечать на них.
У каждого из моих собеседников была припасена записная книжка, и лишь только я начинал говорить, как в их руках появлялись карандаши и вечные перья. Нетрудно представить себе чувство ответственности, возникшее во мне в ответ на такое доверие!..
Надо заметить, что, как правило, при наших многочисленных встречах и беседах нам задавалось много вопросов. Среди них преобладали вопросы, касавшиеся актерского перевоплощения, работы актера над историческими образами, взаимодействия творческих задач актера в театре и в кино. Однако в течение бесед круг вопросов бесконечно расширялся, охватывая самые различные проблемы. Китайских товарищей, в особенности же наших молодых собеседников интересовали вопросы передачи творческого опыта молодому поколению, взаимоотношений актера со зрителями, места актера в общественной жизни страны, в борьбе за мир и дружбу между народами. Расширяя рамки наших собеседований, китайские товарищи ждали ответа на животрепещущие вопросы, встающие перед ними в повседневной практике, и с трогательным доверием выражали желание учиться у нас.
«Учитель» — вот обращение, которое я и мои товарищи все время слышали из уст китайских кинематографистов, и оно, налагая на нас особую ответственность, определило дружеский характер наших взаимоотношении.
Трудно найти слова, чтобы передать тот пафос строительства новой свободной жизни, которым охвачены трудящиеся столицы, всю глубину и силу их дружеской привязанности к советским людям. Трудно найти слова, чтобы передать все разнообразие и богатство наших впечатлений от встреч и бесед, которыми целиком были заполнены дни нашего пребывания в Пекине. Мы слышали приветствия из уст десятков тысяч зрителей, {358} из уст рабочих и железнодорожников, из уст бойцов и командиров Народно-освободительной армии, из уст студентов, — мы услышали их затем от крестьян в деревнях Южного Китая, от рабочих Шанхая и Нанкина.