На Уимблдоне в том же году я выхожу в четвертый круг, но проигрываю в очень нервном матче с Тодом Мартином. Я задет, испуган, разочарован. В раздевалке Брэд улыбается и говорит:
- Все хорошо.
Мы летим на Открытый чемпионат Канады. В самом начале турнира Брэд шокирует меня, сообщив: пока, как он думает, ничего хорошего не предвидится. Наоборот, мне предстоит пережить несколько крупных неприятностей.
- Пфф, - говорит он, просмотрев результаты жеребьевки.
- Что, черт возьми, за «пфф»?
- Полная фигня. Жеребьевка ужасная.
- Дай взглянуть!
Я вырываю листок у него из рук. Он прав. Первый матч - ерунда, мой соперник - швейцарец Якоб Хласек, зато во втором раунде я встречаюсь с Дэвидом Уитоном, который традиционно доставляет мне немало головной боли. Впрочем, люблю, когда меня недооценивают. В конце концов всегда можно что-нибудь придумать. Сообщаю Брэду, что собираюсь выиграть турнир.
- А после этого ты проткнешь себе ухо наденешь серьгу, - присовокупляю я.
- Я не люблю драгоценности, - отвечает Брэд.
Он что-то обдумывает:
- А впрочем, договорились.
НА ОТКРЫТОМ ЧЕМПИОНАТЕ Канады корт кажется удивительно маленьким, а соперник, напротив, огромным.
Уитон - и так крупный парень, но здесь, в Канаде, он кажется трехметровым великаном. Это всего лишь оптическая иллюзия, но я не могу отделаться от чувства, что он стоит в пяти сантиметрах от моего носа. Отвлекшись на эти мысли, я обнаруживаю, что проигрываю два матч-пойнта на тай-брейке в третьем сете.
Тут, вопреки обычному своему поведению, я собираюсь. Забываю об отвлекающих факторах, оптических иллюзиях, иду вперед - и побеждаю. Я делаю то, что предсказывал Брэд: выигрываю матч.
- Вот и матч, в котором ты предсказал мне выигрыш, - позже говорил я ему. - Тот самый, который все изменит.
Он улыбается, как будто я заказал в ресторане куриную грудку и соус с сыром - отдельно: «Давай-давай, работай, так держать».
Я играю все сильнее, а размышляю все меньше, я прорываюсь сквозь турнирную таблицу - и выигрываю чемпионат Канады.
Брэд выбирает бриллиантовую серьгу-гвоздик.