Понедельник, 10 января
Галеви рассказывал нам — мне и Труссо — на обеде, как, услыхав однажды, что какой-то сын бьет своего отца, он затем узнал, что этому мнимому старику всего пятьдесят — пятьдесят два года, но казался он лет на двадцать старше своего возраста; это был какой-то торговец вином, живший на покое. Эти грубые натуры очень быстро опускаются, когда не находят больше поддержки в физической работе. Мы говорили в связи с этим, что люди, занятые умственным трудом, сохраняются гораздо лучше. Часто по утрам я чувствую себя или кажусь себе больным, пока не примусь за работу. Признаюсь, что скучная работа, может быть, и не производит того же действия; но какая работа не увлекает человека, если он целиком ей отдается! Я говорил Труссо, что я не похож на музыкантов, ругающих музыку и т. д. Он мне сказал, что страстно любит свое ремесло — одно из самых отталкивающих, какие только можно себе представить. Это — весельчак, который, видимо, любит пожить в свое удовольствие. Каждый день в это время года будильник поднимает его и заставляет бежать в госпиталь готовить инструменты, щупать пульс и еще того хуже — разным отвратительным больным в этом зараженном воздухе, где он проводит все утро. Если даже он делает это не по призванию, то из самолюбия. Дюпюитрен никогда не пропускал ни одного дня, и едва ли вероятно, что именно эта беспрерывная работа привела его к преждевременной смерти. Может быть, наоборот, она помогала ему бороться с заболеванием, которое, в конце концов, все же убило его.
Свободное копирование
