На фото: 24 Июнь 1971 г. Горы вокруг Иссык-Куля.
Однажды мы с москвичом (алмаатинец остался на пляже Чолпон-Аты) попали в историю, к счастью, оставшуюся в памяти забавным воспоминанием. Несколько экскурсионных автобусов привезли туристов в Пржевальск. Основная достопримечательность — могила великого путешественника Николая Михайловича Пржевальского с красивым символическим памятником на высоком берегу Иссык-Куля. Неожиданно (для меня) москвич вспомнил, надо отметить воинское требование в органах МВД. Мне даже в голову не пришло спросить, почему не отметить требование в райотделе милиции в Чолпон-Ате. Ходили-ходили по зелёным, но пыльным улицам с рядами глинобитных частных домов, нашли тюрьму. Москвич долго стучался (воскресенье), пока кто-то не высунулся, взял требование, через полчаса вернул.
Пока москвич отмечал документы, экскурсионные автобусы ушли. Как это произошло? Экскурсовод головы не пересчитал? Покрыто мраком, так как позже не было желания разбираться.
На юмор не тянуло, не до шуток. Мы без копейки, одеты в лёгкие рубашонки с коротким рукавом (на Иссык-Куле вечера холодные, забываешь про лето), а до Чолпон-Аты более 200 км. На перекладных, преимущественно открытых попутных грузовиках, «за спасибо», к ночи смогли добраться до турбазы. Продрогшим до костей туристам ежедневная водка очень даже пригодилась в качестве профилактического лекарства (танцплощадка отработала часа два назад).
Спустя много лет я неожиданно понял, что москвич был не из МУРа, а из УИН, попросту, тюремщик. О себе он никогда ничего не рассказывал, но инициировал и внимательно слушал мои рассказы о семейных перипетиях, Челябинске-40, Колыме, Казахстане, предпочитая душевные разговоры контактам с женщинами. Москвич много фотографировал, снимки прислал в Тюмень в конверте без обратного адреса, ни единой строчки сопровождения. Вспоминаю москвича с добром, но имени не помню.
Запомнился Иссык-куль и фирменным чебачком. В первую поездку, я, перебинтованный, почти всё время провёл с обычной удочкой, ловил неплохо на дождевого червя. Иссык-кульский чебачок напоминает российскую плотву, но величиной до 15 см. Местные жители промышляли сетями, нанимали в помощь желающих, сушили рыбёшку, затем продавали отдыхающим «вместо семечек». Сушёный чебачок пользовался большой популярностью: мужчины с пивом, а женщины всегда от солёненькой рыбы «без ума».
Свободное копирование
