Зигзаги судьбы

Зигзаги судьбы

Через неделю неожиданно в больничную палату заглянул проведать  Управляющий Трестом «Амурскстрой»  Дымов Валентин Иванович и сразу с порога:

- Я слышал, что ты шороху навел в новом объединении и с ними дальше работать не будешь?

- Да скорее они со мною работать не хотят. Действительно был неприятный разговор.  Если не исправят свои ошибочные решения по комбинату, то пойду работать в СУ- 2 прорабом или плотником-бетонщиком, там меня уважают.

- Да тебя Александрович, все наши 14 строительных управлений хорошо знают и уважают, и если ты действительно уйдешь от этих «придурков», то я быстро все порешаю  в Горкоме. А по новому директору и объединению, ты правильно сказал:

- Безмозглые трусы.

- И кем ты меня хочешь видеть в своем строительном тресте?

- Своим заместителем по промышленности.

Понимаешь, Олег   Александрович, времена меняются.  У нас в строительном тресте тоже появилась своя производственная база. Трест «Железобетон-1» передал нам Завод ЖБИ-6, который выпускает изделия пятиэтажного дома серии 54 и весь промышленный железобетон для города, в стадии  строительства и ввода в эксплуатацию три пролета дополнительных цехов по выпуску изделий  крупнопанельных домов повышенной этажности - серии 97.

Машзавод передает тресту  «Блок вспомогательных цехов», в который входят цеха лесопильный, столярный и открытый полигон для изготовления промышленного железобетона, который находится на территории ИТК строгого режима, где вопрос с рабочей силой решен и этот объект скоро будет введен в эксплуатацию.

В промышленной зоне - за территорией ИТК, введены в эксплуатацию растворобетонный узел и асфальтный  завод германского производства.  На  УПТКа  введены в эксплуатацию цеха по склеиванию линолеума и подготовке обоев для каждой квартиры, планируется наладить выпуск пенополистирольной плиты.

Сам видишь производство уже немалое и расширяется - нужен хозяин. Твой кабинет будет в здании треста рядом с моим кабинетом, а зарплата будет в два раза выше, чем у главного инженера ЛДК.

Далее Дымов сказал, что не будет скрывать, производство на ЗЖБИ- 6 сильно хромает и сдерживает работу всего треста.

- А откуда ты узнал, Валентин Иванович, что я говорил на последнем совещании о своем директоре и руководителях объединения «Хабмебель»?

- Александрович, умоляю, твое каждое выступление, да и каждого руководителя в нашем небольшом городе, где бы и что бы мы не говорили, узнают все, но ты единственный в городе руководитель, который с трибуны Горкома смачно кроет  матом и себя и тех, кто мешает дело делать и, главное, что в свете Решений ЦК КПСС, и тебя никто ни разу не одернул, потому что ты всегда говоришь без бумажки эмоционально и по делу. И сам, не жалея себя работаешь на результат, а таких нельзя не уважать.  Ты вырос на глазах всех нас, из «комсомоленка» до матерого руководителя, как наш Медведев, да хотя бы как и я. У нас ты один, которого в городе открыто, называют «бульдогом» - вцепишься не оторвать.

Дымов слегка прищурившись повторил предложение:

- А сейчас закономерно предлагается продолжить свой трудовой путь в развитии строительной индустрии на освоении многоэтажного жилищного строительства.

Мне край как надо, чтобы наша промышленная база не скрипела, а начала стабильно работать. Ты же знаешь, что каждый месяц мы обязаны сдавать под ключ 72-х квартирный жилой дом и не срывать сроки строительства и ввода промышленных объектов, работа сложная, но интересная, как раз под тебя.

- Красиво говоришь.

- Не буду скрывать, Олег Александрович,  все равно узнаешь, это мне Крысин звонил из Комсомольска  и предупредил о твоих серьезных разногласиях с  руководством  объединения  «Хабмебель»  и предложил пригласить тебя в трест, как своего по духу. Ты же знаешь, что и Медведев с подачи Крысина уже много лет работает Главным инженером треста, так что давай думай и решай, мы сработаемся.

- Извини Валентин Иванович за откровенность, но о какой стабильности промышленной базы треста можно говорить где замов меняют как перчатки, на моей памяти их было трое или четверо? Где вы их находите таких чопорных и амбициозных, которые стройки гнушаться и грязи боятся?

- Ты прав, Олег Александрович, - всех рекомендовали, но они оказались какими-то недоделанными, пришлось убрать.

- А сейчас и меня рекомендуют тебе?

- Нет, Александрович, я сам до Крысина об этом подумал, мы с тобою столько соли съели, работая бок о бок, строя Заводы Лесопильного Комплекса, а Крысин только подтвердил правильность моего выбора. Ты, как и я, татарин, только не признаешься в этом, и у тебя все получится.

- Спасибо Валентин Иванович за доверие, но татарин у меня отец, а по матери я хохол и порою очень вредный, и коль лесная отрасль от меня отвернулась, поработать в системе треста «Амурскстрой» - сочту за честь и реализую свою давнюю мечту быть строителем, тем более, что моя военная  специальность - «инженер по строительству мостов и дорог». Быть участником, когда из «грязи» вырастают дворцы и разные объекты - это величайшее наслаждение.

- По рукам?

- По рукам.

Вот так, дорогие внучата, порою решаются вопросы перемещения по службе у хороших людей, хотя до сих пор не заживает душевная рана от «пакости» устроенной ЛДК объединением «Хабмебель», которые должны были радеть за кадры, технический прогресс и рост производительных сил, а на деле, почему-то делали во вред здравому смыслу.

А еще через неделю в моей больничной палате появился второй секретарь Горкома - Толмачев, в ведении которого была вся промышленность города и района, он был в курсе моих разногласий с руководителями объединения «Хабмебель» и считал, что я был прав, а их действия ошибочными, поэтому он поддержал  просьбу Дымова, чтобы я возглавил собственную производственную сферу треста «Амурскстрой» и сказал, что на бюро Горкома утвердят мою кандидатуру.

Прошел месяц, объединение «Хабмебель» ничего не сделали, по отмене своих ошибочных решений, а я остался при своем мнении, поэтому согласно трудового законодательства, был уволен с предприятия в связи с ликвидацией Амурского ЛДК по сокращению штатов.

Моя одиссея длиною более 15 лет на Амурском ЛДК завершилась к сожалению банально – больницей, где укрепив сердце и нервы, я с возросшими силами  взялся за новое дело, но я благодарен судьбе за  жизненный и производственный опыт  обретенный на Амурском ЛДК и за непосредственное участие в строительстве производственных  и жилых объектов Амурска – города молодых.

Время показало, что моя одиссея в бурном житейском море только набирала силу.  И  в этом плавании под парусами судьбы в городе Амурске уже были не только моя жена Людмила и мама-Надя, но и две наши дочурки Ольга и Ярослава, а  так же -  мои родители отец-Александр и мама-Анна, брат-Александр и сестра-Наталья.

Поэтому  было ради кого крепко держать штурвал. Есть житейское выражение или мудрость: «все, что не делается - делается к лучшему». Хотя сталинские слова - кадры решают все, как-то больше греют душу своим профессионализмом.

Забегая вперед с прискорбием сообщаю, что я был прав,  ЛПК сильно пострадало от деятельности невежественного и трусливого руководства в лице директора Осипова и объединения «Хабмебель», которыми было принято решение отдать с предприятия четыре японских высокопроизводительных агрегата предназначенных для модернизации лесопиления и включить в состав комбината два ненужных леспромхоза.

А  дальше, и того больше,  они приняли  решение по демонтажу  всех пяти полуавтоматических линий для сортировки досок и вместо них установили  ручные сортплощадки с тяжелым физическим  трудом.

Это привело к уходу профессиональных кадров по всем производствам и как эффект домино: снова залихорадило Завод ДВП, Мебельную фабрику, Лесопильный завод, не говоря о леспромхозах, которые всеми брошенные - совсем потеряли свое лицо...

Поэтому  через год,  в Министерстве разобрались, что приказ был ошибочным и с позором  за несоответствие сняли с должности директора Осипова и ликвидировали объединение «Хабмебель».

А из Москвы  директором  комбината прислали Тюрнина - Заместителя Начальника Управления Лесной промышленности Министерства, но исправлять порушенное было уже поздно. Вокруг ЛДК набирая мощь, заработали оборонные заводы, которые как пылесосы втягивали в себя профессиональные кадры и они уходили с  ЛДК, который потерял свое лицо и не стал кузницей передового опыта для предприятий лесной отросли.

У нового руководства, к сожалению, не было программы по возвращению назад опытных специалистов, это и предопределило печальную судьбу прекрасного и очень необходимого для страны предприятия – Амурского ЛДК.