Семидесятые. Записки максималиста - 645

6 июня.

Посещение городского ОВИРа. Поехали просто показать себя и осмотреть место будущих сражений. Запись к легендарному Вл. Дементьевичу Золотухину, зам начальника ОВИРа — за неделю. Принимает он три часа, пропускает (хотел сказать «мимо ушей») 25 человек. В кабинете — модерн — никаких признаков индивидуальности. Хозяин мало отличается от мебели. Сидит за своим столом как-то странно вдавленный в кресло и прижатый к столу мужчина лет 45 в гражданском. Глаз нет — он не поднимает их над бумагами. И, тем не менее, в позе его, во всем облике, чувствуется напряжение. Он напомнил мне барсука, приготовившегося на пороге своей норы драться с лисой. Эта решимость, упорство и глупость блеснули потом и в глазах (я сказал ему: «Ну поднимите же глаза, взгляните на нас!») Главное дело Золотухина — отказывать, основной метод — не вступать с посетителем ни в какие отношения. На все ваши резоны о выезде он отвечает цитатами (так!) из приказов и распоряжений по УВД: «ОВИР не входит в рассмотрение личных обстоятельств граждан… ОВИР не занимается сбором справок и документов, сбор документов лежит на обязанности граждан…» и т.д. и т.п. Говорит он отчужденным мертвым голосом. Только однажды что-то естественное мелькнуло в нем, когда он с некоторой даже издевкой стал перечислять причины, по которым граждане еврейской национальности желают выехать из СССР: «Может быть, вам не хватает кошерной пищи, или вы хотите умереть у стены плача…?» Впрочем, шутку эту, очевидно, повторяет он не первый раз, и она его не смешит. Разговор глухих (мы — свое, он — цитатами) продолжался минут десять, после чего мы вышли. Я без раздражения перенес эту сцену. Даже жалость какую-то ощутил к этому человеку. Легко ли днями, часами, неделями пребывать в позе ощеренного зверя? А кроме того, в подобострастной позе по отношению к начальству, а кроме того в позе вооруженного нейтралитета по отношению к сотрудникам (ведь кругом стукачи). Бедный Золотухин! Он и не знает, что стремительно приближается к своему «служебному» инфаркту (или язве желудка). Помнится, в дни молодости меня удивлял возраст помирающих ответственных работников. В некрологах, как правило, значились люди в возрасте 57-55 лет. Сейчас чиновники высшие мрут за 60, но на уровне ОВИРа истирание человека происходит раньше. Несущие зло другим, несут его и себе.