authors

965
 

events

139000
Registration Forgot your password?
Memuarist » Members » Adolf_Abel » На трассе лежнёвой дороги - 12

На трассе лежнёвой дороги - 12

20.03.1941
Каменка, Республика Коми, Россия

Потом произошло маленькое событие. К полевым работам в совхоз прибыло пополнение. Когда вечером я пришел с работы, мне сообщили, что прибыл женский этап, что все они «доходяги», то есть выбракованные из строительных работ — истощенные, больные, которые доходят свой последний жизненный путь. И среди них есть женщина-агроном.

Обычно мы мало верили таким разговорам, ведь Камбала тоже выдает себя за агронома. Но я захотел проверить и отправился в женский барак посмотреть, кто это выдает себя за агронома.

Когда в бараке я спросил, нет ли среди новеньких агронома, мне с верхних нар голос ответил: «Есть». Тогда я попросил назвавшуюся подойти ко мне.

Вижу: с верхних нар слезает пожилая, с проседью, женщина, в серой лагерной одежде, по лицу — некультурная, не производившая по внешнему виду впечатление интеллигентного человека. Когда я спросил ее: «Вы агроном?» — то получил ответ: «Да, агроном». Но я сомневался и спрашиваю ее: «А где вы учились и что закончили?» И получаю ответ: «Окончила Тимирязевскую академию в Москве».

Вижу, что дело серьезное, даже Тимирязевскую академию знает. Но я все не доверяю и спрашиваю ее: «А тогда, где вы работали до лагеря?» И получаю ответ: «В Москве, в научно-исследовательском институте колхозного строительства при наркомземе СССР».

Да, действительно, такой институт был при нашем наркомате, и я знал директора этого института, кандидата сельскохозяйственных наук Ревзину. Я несколько лет назад заключал договор с институтом на подготовку кадров массовой квалификации — колхозных мерщиков в помощь нашим землеустроителям при выдаче колхозам государственных актов на вечное пользование землей. В связи с этим я не раз встречался с директором Ревзиной.

Поэтому я говорю этой женщине, что в этом институте знал директора — кандидата с/х наук Ревзину. А ответ я получил самый неожиданный: «Я и есть Ревзина».

Но агронома Ревзину узнать было нельзя. В этой изможденной, с проседью, женщине, из тех, кого в лагере называют «доходягами», в этом шутовском лагерном наряде, я ни за что бы ни узнал ту Ревзину, которую я тогда знал в Москве. Я подошел и поцеловал ей руку.

Когда я сейчас вспоминаю все это, то обязательно вспоминаю указ, изданный в 1966 году, который гласит: «Не оставить ни одного совершенного преступления без наказания. Возмездие обязательно должно настичь виновника, совершившего преступление». Все это так, правильно. Но я никак не могу согласиться с тем, что остаются без возмездия ужасные преступления, совершенные под руководством наших азиатов — этих русских Мао и Бяо. Причем ближайшие их соучастники в лице Молотова, Кагановича, выпятив грудь, гуляют по Москве и получают немалые государственные пенсии. Несправедливо! И с указом не увязано!

Но тогда в бараке, когда я смотрел на агронома Ревзину в этом шутовском лагерном наряде, я был взволнован и возмущен. Это зверье ведь не щадило ни женщин, ни детей. И какую издевательскую одежду они придумали для советских людей, загнанных в бериевские тюрьмы-лагеря. Надо иметь в виду, что лагерная ватная одежда, которую нам выдавали на севере, была покрыта белой бумазеей. А в бараках, когда заключенные лежали на общих нарах в два этажа, как сельди в бочке, эта белая бумазея становилась грязно-серой. А потом эту грязно-серую подчинивали и накладывали заплатки из лоскутов любого цвета, и наш наряд был, как у дятла, — поистине огородными чучелами мы были. Поэтому, как тут было узнать бывшую нарядную Ревзину и как было не возмущаться!

Ревзина просила, чтобы я помог ей получить работу ближе к своей специальности. И действительно, в совхозе агронома не было, делом ворочал уголовник Камбала. Но статью особое совещание Кагановича дало ей шпионскую, и по этой статье не расконвоировали. Поэтому я говорил Камбале: «Ведь тебе повезло, Ревзина ученый агроном, она для тебя золотой фонд, и ты всегда сможешь получить от нее квалифицированную помощь, сделай ее учетчицей в конторе, она будет довольна, и тебе будет хорошо».

 

Когда я уехал из «Каменки», Ревзина работала в конторе учетчицей работ. Я ее больше не встречал и не знаю, выжила ли она, вынесла ли она лагерные мучения или окончательно «дошла»?

16.03.2015 в 10:38

Присоединяйтесь к нам в соцсетях
anticopiright Свободное копирование
Любое использование материалов данного сайта приветствуется. Наши источники - общедоступные ресурсы, а также семейные архивы авторов. Мы считаем, что эти сведения должны быть свободными для чтения и распространения без ограничений. Это честная история от очевидцев, которую надо знать, сохранять и передавать следующим поколениям.
© 2011-2021, Memuarist.com
Idea by Nick Gripishin (rus)
Legal information
Terms of Advertising
We are in socials: