28 августа, среда.
Познакомилась со своими питерскими соотечественниками.
"Друг великого человека!" -- уже одно это облекает личность каким-то ореолом: ведь когда солнце отражается в воде, то она блестит так, что глазам больно...
И я была вся полна ожиданием увидеть существо высшего порядка.
Он встретил меня просто и приветливо.
-- Очень приятно познакомиться. Вы где же учитесь?
-- В Париже, на юридическом факультете.
-- Это почему же вы избрали себе такие науки?
-- Я хотела бы быть адвокатом.
-- А-а... мужиков обирать будете? -- Я была озадачена и обижена.
-- Ну, перестань, пожалуйста, -- видишь, как ты смутил барышню, -- примирительно заметила его жена, уже немолодая, замечательной красоты женщина {Анна Константиновна Черткова (1859--1927).}.
Я горячо стала доказывать ему, что у нас, юристок, и в мыслях нет замышлять что-либо против мужика, что мы, наоборот, хотим идти к нему навстречу, развивать в деревнях подачу юридической помощи населению; что, кроме того, я лично хочу отстаивать право женщины на самостоятельное существование, чтобы она имела те же гражданские права, как мужчина.
-- К чему права?
-- Если отрицать всякое право вообще -- то, конечно, да; но мы живём не в мире грёз, и женщине, при её юридическом неравноправии, куда как трудно бороться с тяжёлою действительностью. Мы одинаково рождаемся на свет, хотим жить, а в беспощадной борьбе за существование -- как мы вооружены, позвольте спросить? Вот я и высшие курсы кончила, а прав у меня -- всё равно никаких. Даже заведовать учебной частью в женской гимназии не могу -- на это есть директор, хотя я образована не меньше его...
Он слушал молча, и мне казалось, что слова мои для него звучат чем-то странным, -- точно всё, о чём я говорила, имело самое ничтожное значение. Потом разговор принял менее острую форму -- перешёл на Париж, на университет, студентов...
Я всё-таки осталась очень довольна. Наверное, когда рассмотрю его поближе, я увижу в нём то необыкновенное, что привлекло к нему сердце великого писателя земли русской.
Свободное копирование
