authors 723
 
events 107741
Registration Forgot your password?
Memuarist » Members » Dariya_Leonova » Воспоминания артистки - 17

Воспоминания артистки - 17

10.09.1849
С.-Петербург, Ленинградская, Россия

Первые шпаги мои в музыкальный мир сделаны были благодаря знакомству с одной умной и образованной девушкой — писательницей, уже не молодой. Звали ее Агафья Тихоновна.

Мне было тогда уже четырнадцать лет. Жили мы в это время на Петербургской стороне, в местности, где теперь парк, против крепости, а тогда здесь была просто площадь. Здесь-то началась завязка моей артистической карьеры.

В один прекрасный день приходит к нам Агафья Тихоновна и застает меня за пением разных песен и романсов. Между прочим, я пела из «Уголино» — «О, милый друг, из-за могилы!» и песнь Офелии — «Моего ль вы знали друга!» Надо заметить, что несколько раз мне уже случалось быть в театре с кем-нибудь из знакомых. Раза два, три, я была с Агафьей Тихоновной. То, что я там слышала, оставалось совершенно ясно в моей памяти. Я пела все по слуху. Самая театральная обстановка приводила меня в восторг и не только пение, но и игра прививались ко мне как-то особенно. Помню, как еще раньше того времени, о котором идет речь, когда я была еще небольшой девочкой, устраивала я в квартире нашей из простынь и мебели сцену и представляла родителям моим что-нибудь из виденного мною в театре.

Не трудно было заметить по всему этому, какое было мое призвание. В тот же день, о котором я говорю, когда Агафья Тихоновна застала меня за пением, она поразилась моим голосом и принялась серьезно советовать родителям отдать меня в театр, рассказывая, как одна ее знакомая, у которой голос был далеко не так хорош, как мой, поучившись немного, поступила в итальянскую оперу хористкой и получает 300 руб. в год. Родители мои очень удивлялись, как может женщина получать такие деньги, тогда как, например, отец, служивший столько лет, получает всего сто рублей. «Как бы не желать этого, — говорили они, — да разве это возможно!» Агафья Тихоновна уговорила их «попробовать», «может быть и выйдет что-нибудь»… Не долго думая, она взяла перо и написала прошение, выставляя в заголовке слова «ваше превосходительство», не означая имени, не зная сама кому еще придется подавать его. Переночевав у нас, утром повезла она меня к известному в то время генералу Дубельту, которого и сама не знала, но которому, как ей было известно, театральное дело было близко: он покровительствовал многим начинавшим свою деятельность талантам. Его-то она имела в виду, чтобы посоветоваться, как устроить это дело. Но мы его не застали дома. Тогда она сказала мне: «Так как в прошении не обозначено на чье оно имя, то и подадим его прямо директору театров, Гедеонову».

Приезжаем. Нас просят подождать в канцелярии. Несколько времени спустя, выходит из кабинета директор. Хмурый вид его, суровость взгляда, произвели на меня такой страх, что, не будь со мной Агафьи Тихоновны, я бы, кажется, непременно убежала. В сущности же, как узнала я впоследствии, директор был очень добрый человек… Подали ему прошение.

Прочитав, он сказал: «У нас и своих очень много, принять не могу». Мне сделалось еще страшнее и я думала только, как бы уйти. Но моя Агафья Тихоновна опять-таки нашлась. «У нее голос очень хорош», — сказала она. На, это он отвечал: «Это дело другого рода. Если у нее голос, то голоса нам нужны. Сейчас дам вам бумагу. Поезжайте с ней в Большой театр к Каусу. Он попробует голос и напишет мне отношение». Получив бумагу, мы тотчас же отправились в Большой театр. Нас ввели в залу, где как раз шли репетиции хорам. Увидав хористок, одетых на мой взгляд нарядно, я была ужасно сконфужена своим туалетом. Они кидали на меня взоры пренебрежения, думая, вероятно, что я новая хористка. Хотя мне было всего четырнадцать лет, я была очень развита и казалась взрослою.

 

Каус, режиссер Большого театра, попробовав мой голос, написал, что слух великолепный, голос есть, но что нот не знает совершенно. С бумагой этой мы поехали обратно к Гедеонову, который, прочтя ее, позвал директора школы Обера и велел принять меня в класс первоначального обучения нот к Быстрову, учителю пения. Приказано было, чтобы поторопились моим приготовлением.

15.08.2016 в 12:05
Поделиться:

© 2011-2019, Memuarist.com
Idea by Nick Gripishin (rus)
Legal information
Terms of Advertising
Events
We are in socials: