17.12.82. Какого Ваську я вспоминаю? На Ракова. Он лежит на моем диване у окна, говорит о своей статье о Сэлинджере.
– «Он смотрит на мир еврейским глазом».
– Ты так и написал?
– Так.
Что-то странное, невероятное в этом, революция прямо.
Он, Васька, внешне вполне домашний, обычный, ничего в нем вроде непонятного, но где, где все это вмещается? Почему я не могу его понять?
Да, он – талант, вот в чем дело, большой талант.
1.1.84. У Аксенова в «Катапульте» (замечательный рассказ!): «Человек мечтал когда-то уподобиться птице, а превратился в реактивный снаряд». Это все о современном мире! Как точно!
27.9.84. Прочитал «Машеньку»[1]. Удивительный по тонкости роман. Какая тоска по земле своей, какая оторванность от нее, какая сила любви.
Роман наоборот, роман оттуда. Убеждает, что именно эти любили Россию, и их любовь умирает вместе с ними.
Была ли Россия у «новой волны», у Васьки и пр.? Нет, мне кажется, эти уже ехали за другим, от непринятого, нелюбимого, от ничего .
У Ганина[2] был дом, большой и нематериальный дом, его дух.
Эти зовут к себе, приглашают на лучшее, те лучшего не знали, лучшее было их прошлым.
10.5.86 … Вспоминаю Аксенова, он шутил:
– Что-то давно меня не ругали.
Может, он был прав, так и нужно.
6.8.86. А на улице гудит мир. Мамлеев в Комиздате – зам. министра[3], Залыгин в «Новом мире», Бакланов в «Знамени». Юра Андреев, поговаривают, идет в Пуш. дом[4], где давно передрались все пауки. Ах, если бы Васька был здесь, все для него было бы прекрасно.
26.3.89. Марк Розовский[5], с которым я отдыхаю, рассказал о Ваське – он не верит, что это у нас надолго. Потом Марк вспомнил анекдот:
Журналист (подносит рабочему микрофон):
– Антисемитизм у вас есть?
Рабочий (со вздохом):
– Ни хрена у нас нет.
Свободное копирование
