ЗАПИСНЫЕ КНИЖКИ
1860 г.
По поводу Гизо. Нейенбург, 13 августа.
Извинительны грустные и гнусные факты потому, что они — природа все-таки, они родились естественно, а следовательно, не требуют извинения. Клопы, блохи — худо или хорошо и почему это худо? Плевела — худо. Да можно ли сетовать? Только смотря снаружи, а поглубже глянешь — то все есть произведение известных элементов. Следовательно, грусть глубже должна отыскивать причины нехороших фактов. В истории ни сетовать, ни хулить, ни оправдывать нельзя, как и в природе. Для чего скверный клоп существует? и т.д.
Два элемента — общество и лицо, а главное все-таки лицо. Общество есть произведение лица и для него существует. Улучшая общество, улучшаем неизбежно лицо. Улучшая лицо, улучшаем и общество. Для человека сущность всего сущного есть он сам. Из себя и чрез себя он только понимает и чувствует все окружающее. Следовательно, совершенствование лица есть задача всей жизни человечества.
О провидении теперь уже нечего толковать. Под этим именем разуметь должно естество, силу природы — химизм элементов и естественное их развитие, сочетание и выводы или концы. Перста в природе нет, нет его и в нравственной природе в человечестве. Все создается, развивается, растет, живет по законам естества. Механик-провидение ведет только к ложным заключениям о действительности и ее силах.
В степи рассказывали, что если попадет девка замуж блудливая, не цела, то муж после первой ночи задаст страшную встрепку, допрашивая с кем дело делала. На вопрос — для чего это и за что — а для того, чтоб больше не блудила. Если не оттаскать, то она будет продолжать, а отделал хорошенько, так будет бояться.
Как же нам быть добрыми, чистыми, совершенными, когда между нами живут черти. На чердаке, в темных углах, даже в людей вселяются. Давайте изгоним от себя чертей. Он не верил ни во что — ни в сон, ни в чох, т. е. ни во что.
Реформы Петра I есть собственно революция в русской семье, ниспровержение всех ее идолов, ее основ и начал, которыми она жила и держалась.
С распространением польской образованности, польских идей в XVII столетии в боярском сословии пробудилось сознание о своем значении и отношении к государству, построенное на польских понятиях, ибо других не было. Они [бояре] {Вставка редактора.} стали мыслить и строить силлогизмы, в которых обнаружилось стремление создать аристократию. Гербы и т.п. идеи особенно выразились как теория в русском государстве баронов и во многих фактах быта. Федор Алексеевич, если б пожил, мог удовлетворить этим идеям. Его Штат Дворовый по византийскому образцу и т.п. новости. Петр, хотя и разбил это стремление введением в аристократию "Табеля о рангах", Ментиков и т. п., но оно пробудилось при его преемниках. Анна. Однако ж, немцы не позволили Бирону. Немецкая партия нанесла страшное поражение этим тенденциям, воскресшим было при Елизавете, но снова погубленным при Екатерине ее любовниками. В этих тенденциях скрывалось нынешнее славянофильство, т.е. люборусство, руссопятство. Старину восстановить, но какую? Аристократизм один. У Щербатова в записках яснее.
Московский кнут — царь, представляется, что он поработил народ и сделал его действительно рабом. Но так ли? Примучивая к понятию единства, он, действительно, стегал кнутом встречного и поперечного. Но ведь кто ж и кого тогда не стегал. Власть в чьих руках она ни была, всюду была дикая, грубая, эгоистичная. Семья — как она жила? Что было до Москвы? Какое качество власти было прежде? В разных руках, а тут в одной — вот вся разница.
Начнем сначала. Порабощение племен первыми князьями, примучение дани, подвозы. Самое название — смерды. Затем система общего владения землей в княжеском роде, служившая продолжением тому же самому. Князья жили данью. Их ссоры и брани как действовали на народ? Как он был свободен? Затем татары — опять дань. Новгородцы с Московией пошлины не знали, потому что не всеми силами участвовали в платеже выхода.
Почему во всем у нас такая шаткость, неопределенность отношений. Почему никто из нас не прочь обойти во имя родства, дружбы, корысти всякое законное определение, юридическую форму. Почему ни в ком нет сознания собственного достоинства, т.е. того, что должен сделать и чего не должен делать. Почему, очень хорошо зная негодного человека, мы все-таки выбираем его в общественную должность. Почему множество дел у нас делается, как говорят, семейно, т.е. помимо юридических норм. От чего такая неохота исполнять всякую юридическую форму, и большая охота исполнять пустые формальности. Все потому, что не выработано у нас юридическое сознание, ум не привык понимать каждое дело юридически, т.е. так, как оно должно исполняться, как обязанность к обществу. Мы живем еще в родовом быту, в полной его непосредственности, поэтому у нас вчерашний преступник, сегодня нам приятель, и мы с чувством жмем его руку. У нас не выработано управляющих начал, основ, на которых стоит человек. Оттого мы тотчас изменяем отношения, связываем и завязываем узлы, влекомые только эгоистическими побуждениями или теплотою родственности, кровности.
Мы не по уму, не по сознанию прощаем преступнику его вчерашнее преступление, а по теплоте сердца, по сознанию инстинктивному, что завтра точно также и мы будем преступники.
Юридического у нас мало, а семейного слишком много. У немца, например, сколько юридического смысла, а у нас только здравый, но по преимуществу смысл семейный, родовой.
Мы прощаем друг другу злодеяние не по доброте, а потому, что мы родня, сами тоже сделаем, и все шито, да крыто. Сор из избы не выноси.
"Идеи, воплощаясь, скрываются, как зерно в земле в своих приложениях, существуют, как развитие, как жизнь в организме, как законы природы, обнаруживающиеся в самих явлениях." Герцен: Россия и Польша. Письмо I.
Прежде всего, какие идеи лежат в основе нашего исторического существа. Идея, что земля общее достояние, идея, что никто не должен первенствовать из нас, т.е. не должно быть аристократии. Отсюда призвание князей, создание диктатуры вотчинника, государя.
Это политика в нравах, в уме. Какие идеи?
Свободное копирование
