Здесь мы по причине совершения плавания вокруг земного шара переменили счисление времени, начав оное прошедшим днем, т. е. Субботою 30-го Мая, вместо наступившего Воскресенья 31-го числа, Забавно было слушать суждение матросов при объявлении сего приказа; одни из них между собою спорили, стараясь собственными умозаключениями объяснил таковую перемену, а другие без всяких прении прибегали к штурманским ученикам, которые говорили им, что сие должно быть так.
На третий день пребывания нашего, я ходил с. некоторыми Офицерами к Адмиралу Лорду Кохрену изъявить благодарность за сделанный нам визит; ласковый прием и приятное обхождение задержали нас более часа. Не входя в сокровенные причины, побудившие сего Лорда удалиться из отечества и искать славы и счастье под чужим небом, я могу сказать, что возмущения и война инсургентов Южной Америки, обратили все его внимание, и он в звании главного вождя морских ополчений, сопровождаемый счастьем и благоразумием, сделал имя свое страшным на Юго-западном берегу оной и известным всему свету. По окончании войны недолго оставался в покое; по приглашению Императора Бразилии Петра I-го, Кохрен снова вступил на поприще славы. В Марте месяце 1823-го года он прибыл на собственном бриге в Рио-Жанейро, где был встречен с величайшим уважением и принят в звании полного Адмирала с назначением ему 15 тысяч талеров ежегодного жалованья. Вскоре после сего отправился с отрядом судов для приведения подданство провинции Марангана и Багии, которые не хотели признавать новой власти в надежде на португальские гарнизоны. Счастье сопутствовало ему всюду; по благоуспешном окончании дел в сих провинциях, он остановил стоящие под крепостью 74-х пушечный корабль и больший фрегат, начав неравное сражение, храбрый Кохрен привыкший побеждать ожидал уже сдачи, как внезапно, по случившемуся на его корабле бунту, принужден отступить и идти в ближайший залив, где высадив часть своей сбродной команды и наполнив недостающее число служителей Англичанами, находившимися в Бразильском отряде, пустился догонять неприятеля, пошедшего с конвоем в Лиссабон, и взял 70 судов с разным грузом; по невозможности же уделять на оные своих людей, срубил задние мачты и оставляя одну только фок мачту и дав из своих по одному матросу отправил их к Бразильскому берегу.
По окончании Экспедиции Кохрен получил достоинство Герцога Маранганского, таковое отличие возбудило всеобщую зависть, которая принудила его удалиться от Двора, вести уединенную загородную жизнь и избегать всякого сношения се Вельможами Бразилии.
Свободное копирование
