Я, Вера - 10

Летим в Москву с тем же экипажем. Подходит радостная стюардесса: — Что будем пить, Микаэл Леонович? — Пожалуйста, пиво и рюмку водки. Через полтора месяца мы в Сухуми. Микаэл Леонович катается на своих любимых водных лыжах и серфере. Рассказывает о Лондонском госпитале как об упоительном времяпрепровождении. Самое смешное, что я тоже слушаю его как завороженная. Он рассказывает чистую правду. Но переосмысленно, под влиянием новой жизни, ощущения, что госпитального ужаса как бы и не было. Рассказывает о коронарографии, которой панически боялся. Но не о ней, а о красавице негритянке, которая, не отрывая глаз от часов, заговаривала ему зубы положенное время. О хорошеньких сестрах. И больше всего — о Терри Льюисе. Мы с Мирой в этом рассказе выглядим мокрыми курицами. Я не спорю. Я ликую. А осенью в Москву на съезд кардиологов приезжают Терри и анестезиолог Питер. Я заезжаю за ними в гостиницу «Россия» и привожу их в Дом кино, где Микаэл Леонович заказал столик в ресторане. Терри и Питер с женами, Мира. В лифт не помещаемся. Решаем ехать по очереди. Тут Микаэл Леонович презрительно машет рукой и начинает взбегать по лестнице. — Эй, больной, больной! Мы так не договаривались! — кричит ему вслед Терри. Впереди, нам казалось, нас ждет только радость.