Глава 19. СОЗДАНИЕ СВОЕГО ТЕАТРА
«Сила театра в том, что он — коллективный художник»
К.С. Станиславский
Свое желание создать в Калинине детский музыкальный театр я высказывала принародно в писательской организации. В ответ — снисходительные улыбочки. Никто, видимо, не верил в мою затею. Действительно, затея оказалась очень трудоемкой. Если бы мне тогда помогли, я смогла бы создать в Твери большой профессиональный детский музыкальный театр. Сейчас, вспоминая путь, по которому прошла, мне становится страшно, и я себя спрашиваю:
— Как только я смогла это сделать? Не только создать театр, выступления которого помнят многие уже немолодые мамы и очень старые бабушки! А создать авторский музыкальный с его собственным репертуаром, обогатить российский репертуар. Получить за «Тайну голубого источника» первое место в стране среди профессиональных драматургов и композиторов. Сотворить с детьми и композиторами более двадцати спектаклей, не считая многочисленных концертных праздничных сценариев? Получить звания: «Народный», «Образцовый коллектив» после постановки спектакля «Юный Моцарт» — единственный школьный коллектив в области с таким званием!
Тогда, в теперь уже далекие 1986-1987 годы, желание создать театр обуревало мною. Я мечтала и работала. Движение в искусстве начинается с мечты. Упертый характер — гены латышские. Хотя всю жизнь придерживаюсь судьбоносности, не форсируя возможностей. Однажды на открытом партийно-писательском собрании, на котором присутствовал Сергей Леонтьевич Киселев, при разговоре о творческом воспитании младшего поколения, я заявила о своем желании. Снова ухмылочки собратьев по перу. «Утописты, надомники», — подумала тогда. Только серьезный вопрос со стороны партийного руководителя города погасил усмешки:
— А где вы думаете разместить театр? — спросил Киселев.
Я, будучи тогда секретарем писательской партийной организации, относя партийные взносы во вновь отстроенное под райком здание, не задумываясь, ответила:
— В новом помещении райкома Центрального района на площади Славы, что супротив Музея имени Л. Чайкиной. Здание с его планировкой словно под театр выстроено: парадный вход, налево и направо раздевалки. И небольшой, но уютный зал. Вдоль коридора расположены комнаты. Как раз подходят для костюмерных. Вот только сцена маловата, но ее можно чуть выдвинуть вперед и чуть удлинить заднюю стенку.
— Надо подумать! — был ответ Сергея Леонтьевича.
Через какое-то время мы снова говорили с ним на эту тему. Но сил у города, как видно, для нового проекта в плане не было! Точнее, указаний сверху. Тогда я и предложила передать помещение хотя бы под Детскую музыкальную школу №1, с коллективом которой уже начала работать. В то время я не просто абстрактно мечтала о театре. Я писала либретто для нового спектакля, подключив к своей работе преподавателя музпедучилища, члена Союза композиторов СССР Юрия Петровича Штуко. В то время училище еще не было изгнано Тверьуниверсалбанком с улицы Володарского в спальный микрорайон города «Южный». Новый спектакль назвала «Супер-купер, прим-грим».
Рассказано по случаю...
О музыкальной школе хотела бы рассказать отдельно. Школа искусств уже стала колыбелькой для моего авторского театра. Руководство этой школы находилось на Трехсвятской улице — там, где сейчас расположено городское управление образования. Классы для занятий разбросаны по всему городу, порой ютясь в малоприспособленных помещениях. Записывая первую музыкальную часть к новому спектаклю «Концерт на лесной поляне» на тот же мономагнитофон «Электроника», я была близка к проблемам этого детского учреждения. И сейчас не могу не вспомнить замечательных педагогов — двух музыкальных Татьян: Санькову с отчеством Викторовна и Дьяченко с отчеством Александровна, а также одного из солистов — мальчика по имени Сережа Воронов, ныне ставшего известным на всю страну пианистом. Голос Сережи записан и сохранился на магнитофонной ленте. Старые ленты аудиокассет, даже ранее использованные (а это были 1986-1987 гг.), были прочными и долго сохраняют запись. Только вот с перепиской с них — проблема.
Политические же события в стране стремительно развивались. По указанию Горбачева передавали здания райкомов детским учреждениям. Старейший журналист Аркадий Ростков как-то с улыбочкой спросил:
— А вы что, с генсеком телефонным проводочком были связаны?
На что я ответила:
— Просто чувствую время, ощущаю необходимость жизненных перестроек в обществе.
К этому времени и первый секретарь райкома партии Центрального района Брагин заявил, что отказывается от большой зарплаты и желает передать здание райкома музыкальной школе №1, где, кстати, работала его супруга. Регина Николаевна Блинова, замечательная женщина, прекрасный давний директор музыкальной школы, позднее, не зная о всех перипетиях, удивлялась: «А я думаю, откуда на нас небесная манна свалилась?»