8. Семья, отдых, путешествия
Одну часть летнего отпуска я обычно проводил в путешествиях на байдарке. Первый мой байдарочный опыт был приобретен на реке Угре, верховья которой теряются в дремучих брянских лесах. Наша команда состояла из трех молодых людей около тридцатилетнего возраста: два физика и один биолог. Путешествие продолжалось две недели и закончилось в старинном русском городе Юхнове, который стоит в среднем течении реки Угры. На автобусной станции, куда мы пришли с рюкзаками и упакованной в мешки байдаркой, пассажиры смотрели на нас с большим подозрением, ибо вид у нас был совсем не городской. За время путешествия мы обросли бородами, на солнце и на ветру брови выгорели, кожа стала коричневого цвета. Но мы были полны впечатлений, которые оставили у нас странствия среди великолепной среднерусской природы и даже с симпатией воспринимали недоброжелательную толпу, поскольку в течение почти двух недель не встречали на своем пути людей. Живописные места, по которым протекает Угра, были совершенно безлюдными и мы наслаждались своим одиночеством, как на необитаемом острове. Этот первый поход открыл для меня красоты мало знакомой мне Средней России и навсегда привил любовь к байдарочному туризму.
Со временем у нас образовалась небольшая компания друзей - любителей байдарочных путешествий. Мы были молоды и радовались жизни, не обращая внимания на бытовую неустроенность, на проявления разного рода несправедливостей и козни со стороны властей. Лишь с возрастом пришла необходимость оценить происходящее вокруг нас. Личные мнения со временем стали приобретать форму оценочных категорий и превращаться в мировоззрение. Наступал этап поляризации воззрений, который в первую очередь коснулся близких друзей.
С Галей и Сашей С. мы подружились еще во времена начала нашей семейной жизни, когда мы оказались по соседству на даче в "Отдыхе" с нашими маленькими детьми. В свободные от детей минуты мы играли в пинг-понг, стол для которого был установлен на нашем участке. Нас с Сашей объединяло то, что мы в один год закончили МГУ, он - физический факультет, я - биолого-почвенный. Галя окончила институт им. Плеханова по специальности экономика. По возвращении в Москву мы продолжали поддерживать отношения и даже укрепили их тем, что почти одновременно, и они и мы, приобрели собак. Они купили спаниеля, у нас был фокстерьер. Вместе мы часто ездили на полигон в Мытищи, где находилась специальная нора с лисой для развития охотничьих навыков у фокстерьеров. Я тренировал в норе нашего фокстерьера Чану, а Саша на ближайшем лугу натаскивал на птицу свою Весту.
Во время летнего отпуска, а иногда и на майские праздники, мы отправлялись в поход на двух байдарках, каждый со своим семейством и собаками. Маршрут выбирали, как обычно, по рекам и озерам Подмосковья или средней полосы России. До начальной точки маршрута добирались поездом, а от станции до воды - на каком-нибудь местном транспорте. В деревнях, где нам приходилось останавливаться, чтобы пополнить запасы еды, наши собаки всюду вызывали большой интерес. Местный народ, привыкший к беспородным дворняжкам, обычно собирался вокруг наших ухоженных, породистых псов, и в острой дискуссии решал, какая из собак красивее. Это выглядело очень забавно, потому что в острый момент самые горячие спорщики начинали использовать крепкий местный "фольклор". Обычно довольно быстро сходились на том, что это не кобели, но слово "сука" никто не произносил. В деревне это слово считалось неприличным, а трехэтажный мат - сколько угодно. Многолетние путешествия с заездами в русскую деревню убедили нас в том, что основной язык местного населения - матерный. Если учесть, что местные мужики редко бывают трезвыми, то потребность в матерном языке становилась вполне понятной.
В жаркую погоду я, как правило, сидел в лодке в шортах. И однажды, не переодевшись, я зашел в таком виде в сельпо. Деревенский мальчишка лет двенадцати подошел ко мне и вежливо спросил: "дядя, это у тебя мандалоны?". Пришлось подтвердить. Мне показалось это новообразование остроумным. С тех пор шорты в наших путешествиях стали называться только так.
В конце дня, после того как было выбрано место для привала и установлены палатки, мы устраивали ужин около костра с небольшой выпивкой, которую всегда возили с собой. Алкоголем служил спирт-ректификат, взятый мной из лаборатории. Надеяться на сельские магазины в летнее время было опрометчиво. Водки там практически не бывало, но изысканные коньяки можно было иногда встретить. По наблюдениям В. Аксенова коньяк Камю в терминологии деревенских жителей значился как "Камус".
На политические темы мы старались говорить редко, т.к. мои резкие суждения и неодобрения властей никому не нравились. Наши друзья придерживались более умеренных взглядов, что, надо отдать справедливость, гарантировало более спокойную атмосферу во время путешествия. Галя любила пересказывать сюжеты старых кинофильмов. Особенно мы любили вспоминать трофейные фильмы, память о которых в нас жила со времен нашей послевоенной юности.
Свободное копирование
