Наша "Волга-ГАЗ-24" всегда отстаивалась в нашем же кирпичном гараже, металлические ворота которого просматривались прямо из окон моего кабинета, а тыльная сторона и крыша были видны из окон нашей квартиры по ул. Зольной. Ворота запирались на большой навесной замок и на внутренний с пружинным отжимом, открываемым штыревым ключом со специальной нарезкой. Никаких тревог и признаков воровства машин из нашего комплекса гаражей не было, хотя число автоугонов и краж автомобилей из гаражей и мест стоянок в Ташкенте росло высокими темпами и, как правило, никогда органы милиции не находили ни украденных машин, ни угонщиков. 20 марта, в день рождения Юлии, в 1990 году, после ужина по этому случаю, в котором принимали участие наши дети, друзья, я отвез кого то из участников к нему домой, а было это уже около часа ночи, вернулся и поставил автомобиль в гараж. Утром, до начала рабочего дня к нам постучал сосед и сказал, что ворота моего гаража раскрыты и автомобиля в гараже нет. Бегу, смотрю! Да, автомобиля нет, замок валяется на почве. Звоню в Районный отдел милиции и заявляю о произошедшем. Делать нечего - иду на работу. Настроение "мерзопакостное", понятно, что потеря невозвратимая и уже приобрести автомобиль любой марки возможности не будет. В первой половине дня 23 марта ко мне на работу поступил телефонный звонок от дежурного отдела милиции (женский голос) и скороговоркой выдает:
- Бешер-Белинский!? Вашу машину, кажется, нашли. Срочно поезжайте на (имярек) улицу и во дворе дома номер (называет) стоит автомобиль, туда уже выехал наш сотрудник.
Я позвонил сыну, Виктору, на работу, он примчался на машине и мы приехали во двор по указанному адресу. Это было в пяти минутах пути от места моей работы и нашего проживания. В глубине большого двора у отдельно стоящего сооружения понизительной подстанции стоит моя "Волга" (сразу вижу по госномеру). Подходим с осторожностью, пытаюсь открыть переднюю дверь со стороны водителя, открывается. Подъезжает офицер милиции на "Газике". Обходим вокруг машины, не видно никаких повреждений. Внутри выдернуты провода из замка зажигания. Поднимаю капот, осматриваем, визуально все на местах, никаких повреждений не просматривается. Пытаюсь запустить двигатель путем соединения соответствующих проводов, но стартер прокручиваясь не входит в зацепление с шестерней вращения коленчатого вала. Инструмент в багажнике на месте. Прокручиваю двигатель заводной ручкой и двигатель заработал. Еше раз осматриваем внутренности и обнаруживаю отсутствие на спинках передних сидений съемных подголовников, недавно приобретенных мною на рынке, а в "бардачке" нет подаренного мне много лет назад тестем, Максом Борисовичем, ножа с кожаным футляром, бывшим когда то табельным вооружением в Советской армии и не сданным им при демобилизации в шестидесятых годах. Все остальное в машине сохранено. Милицейский офицер попросил меня подписать расписку об отсутствии у меня претензий к милиции. Я сел за руль и благополучно доехал в свой гараж. После тщательного анализа такого везения мы, я и мои сыновья Борис и Виктор, пришли к единогласному мнению причин того, что угонщики "Волги" оставили автомобиль, не воспользовавшись им. Дело было в том, что для включения дальнего света фар и переключения их на ближний свет, в автомобиле был секрет - второй, не штатный ножной переключатель, находящийся под половым ковриком. Его вынужден был поставить Виктор, который производя замену вышедшего из строя главного переключателя световых приборов на новый, купленный мною, никак не мог с этим справиться. Оказалось, что на новом переключателе имеется шесть точек подключения проводов, а на старом только пять (время шло и завод совершенствовал приборы). Потеряв много времени на этой операции, Виктор, как то разобравшись в схеме, купил еще один ножной переключатель и установил его под ковриком. Мне не составляло труда включить его левой ногой при наступлении темного времени суток и затем еще раз при стоянке. Угонщики не смогли передвигаться по городу ночью, а особенно выехать за пределы города, без включенных фар, так как это бы вызвало подозрение патрулирующих по городу милицейских нарядов и дежурных ГАИ на КПП, имеющихся на всех магистралях выезда и въезда в город. Кроме того, они, угонщики, в очередной раз заводя автомобиль соединением выдернутых из замка зажигания проводов, своевременно не отключили стартер и вывели его из строя. Это и заставило их бросить угнанный автомобиль.
Такой "благополучный", совершенно необычный исход при угоне автомобиля никак не укладывался в умах сотрудников милиции. Меня дважды приглашал к себе на беседы заместитель Фрунзенского районного отдела милиции по оперативной работе, в ходе которых пытался получить от меня информацию об угонщиках, имея ввиду, что они со мной связывались и получили от меня выкуп. Несмотря на мои совершенно искренние рассказы об описанных мною выше обстоятельствах, я чувствовал, что он (подполковник) мне не верит.
Машину я привел в порядок. Пригасил умельцев и они выполнили тревожную сигнализацию в гараже, сигнал от нее был выведен и в нашу квартиру. Больше никаких подобных происшествий с авто не было до самого нашего отъезда из Страны.
Так проходили годы "перестройки" в жизни коллектива Филиала "ВНИПИпромтехнологии", в жизни моей и моей семьи. Подошло время распада СССР, образования самостоятельного Узбекистана, как и других Государств на постсоветском пространстве, и необходимость проведения особых мер по выживанию, теперь уже опять в новых условиях, всем производствам, организациям, городам и поселкам, их трудящимся и населению, подведомственным бывшей "империи", называвшейся Министерство Среднего машиностроения.
Свободное копирование
