Софья Островская. Дневник - 438

17 июля, вторник

Целый день у меня Ахматова. Пьем без конца водку; салат из крабов; стихи; музыка; обед – бреды. Хороша и тревожна, когда выпьет. Явные лесбийские настроения, которые я упорно – вторично – не замечаю. Читает свои новые стихи, которыми недовольна:

…даты,

И нет среди них ни одной не проклятой…

Прекрасно о буйствующем ветре среди листвы:

Гремит и бесстыдствует табор зеленый…[1]

Неожиданно спрашивает:

– А вы встречали принца?

Чуть поколебавшись (все-таки!), говорю медленно:

– Не-е-ет.

– А я – встречала, – говорит гордо.

– У меня были дэгизированные, – улыбаюсь я, – d?guis?s en prince, en roy, еn Dieu[2].

– О, они это умеют! – улыбается также.

Большие, полетные разговоры. Поздно вечером Всеволод Николаевич Петров – «настоящий офицер», как говорит Эдик. Почитатель Кузмина[3]. Distingu?[4] до потери сознания.