29 МАЯ, ДОНЧО
В ее руках бразды правления, в моих — ведро
Поднимается шторм. Снова нас заливает. Снова приходится вычерпывать воду, но на этот раз океан ленив, и мы не переутомляемся. Наши действия размеренны и неторопливы. Волна захлестывает нечасто, и, если это случается во время вахты Юлии, я поднимаюсь с постели, добросовестно тружусь около получаса, потом снова ложусь и засыпаю. У меня здоровый сон, и я не страдаю оттого, что ложусь, не раздеваясь, во всей “амуниции”. Об удобствах приходится забыть. В шторм не ляжешь раздетым на мокрое ложе… Если волна перемахивает через борт в мое дежурство, я терзаюсь из-за совершенной ошибки — неправильно выбранного положения лодки, и неохотно, но поднимаю сонную Юлию. Она берет в свои руки управление, а я ведро…
Фантазии Юлии
С нетерпением жду рассвета. Мне очень хочется, чтобы, проснувшись, Юлия рассказала одну из своих историй. Вспоминая ее подтрунивания над моими рассказами, решаюсь быть желчным и недоверчивым. Наступили долгожданные четыре часа утра, но вдруг все отодвинулось перед перспективой крепкого сна.
— Расскажешь мне свою историю, когда буду бриться, — пробормотал я, засыпая.
Утром Юлия показала мне исписанные листки бумаги и улыбнулась:
— Сочинила на вахте. Это было трудно, приходилось следить за волнами, и я боялась, что, если зальет, ты стал бы потом разъяснять мне причины моей лени и неумения держать вахту.
Свободное копирование
