63
На начало декабрьских морозов пришёлся день, расширивший мои представления о крестьянском труде. Я читал на тёплой печке "Филиппка" Л. Н. Толстого. Мать прервала это занятие, протянув мне графин со сливками, закрытый его родной стеклянной затычкой.
Я видел, как она собирала с трёшек сливки. Из одной получалось сверху несколько ложек, остальное - белая простокваша. Тоже вкусная, по-моему. Снятая масса по цвету иная. Мне казалось, что ей немного нужно для превращения в масло.
И вот я стал по просьбе родительницы трясти графин так, чтоб жидкость в нём ударялась о стенки. Мать называла наши сливки из молока Галки жирными. Трясу со старанием, однако масла не видать. Руки устали, пора бы уже появиться. Читать рассказ про школу гораздо приятнее. До меня дошло, что иметь в хозяйстве корову ещё не значит каждый день есть масло. Попробуй его получи!
Стараюсь вовсю - толку нет. Я перестал проверять содержимое. Втайне сомневался в результате моего усердия. Опасался уронить на черень нелёгкий графин. И вдруг, на исходе сил, смотрю: в сыворотке плавают кусочки, похожие на крошечных цыплят. Маслице. Похвалился успехом матери. Она работой оказалась довольна.
Сыворотка удалена, полученный продукт промыт ледяной водой из колодца. Так появился у нас при моём участии золотистый колобок, для которого потребовалось не менее четырёх трёхлитровых банок со скисшимся молоком. Мы съели масло за пару недель, а второго колобка, полученного таким же способом, мать продала на новозыбковском базаре. Вскоре доить Галку прекратили, стали ждать от неё телёнка.
Свободное копирование
