На берегу Сухого Лимана - 1

Виктор Подражанский

На берегу Сухого лимана. Воспоминания старого таировца

2011

Схема: поселок Таирово

 1 - новый лабораторный и административный корпус; 2 - "холодильник"; 3 - наш дом (N28); 4 - винподвал; 5 - главное здание; 6 - беседка-ротонда; 7 - контора с баней; 8 - ныне Сельсовет; 9 - дом N23; 10 - водонапорная башня; 11 - Таировская школа; 12 - жилой дом; 13 - "дача Суворова"

 На старости я сызнова живу,

 Минувшее проходит предо мною...

 А.С. Пушкин

 В один из майских дней 2011 года я посетил выставку вина, которая открылась в одесском парке Победы. Несмотря на громкий титул Национальной, выглядела она довольно скромно, число участников не превышало десятка. Мое внимание привлекла экспозиция Национального научного центра "Институт виноградарства и виноделия им. В.Е.Таирова". Это учреждение, только с более коротким названием, было мне хорошо знакомо. Здесь долгие годы работали мои родители. Сюда меня привезли сразу после появления на свет, с ним тесно связаны первые 20 лет жизни. В выставочной палатке я приобрел пару бутылок вина, изготовленного в институтских подвалах, и книгу, посвященную 100-летнему юбилею института, который отмечался в 2005 г. Тут же, в парке, бегло просмотрел ее и обнаружил ряд неточностей фактологического характера. Я вернулся к палатке и рассказал о своих наблюдениях сотрудницам института М.Д. Дада и В.Н.Суховиловой. Мария Дмитриевна и Валентина Николаевна сказали, что я мог бы помочь разобраться в некоторых материалах, хранящихся в архивах института. Мы договорились встретиться позднее.

 Такая встреча состоялась в институте им. Таирова в августе. Моих милых собеседниц поразило, как много я знаю и помню о прошлом института. Они стали уговаривать меня написать воспоминания. Я отказывался, ссылаясь на нецелесообразность затеи в целом. Но меня убедили, что это станет полезным, в частности, для тех, кто интересуется историей института. И все-таки после сомнений и колебаний я сделал это.

 Учитывая свой возраст и сопутствующие ему обстоятельства, у меня не было времени на детальную разработку темы. Поэтому я просто рассказал о себе, о людях, их жизни, не касаясь творческого процесса и научных результатов. Охватил период с момента, с какого помню самого себя, и до конца пребывания нашей семьи в институте. Описал то, что сам видел, слышал и запомнил. Описание состоит из отдельных фрагментов, не всегда хронологически последовательных и связанных друг с другом. В тексте упоминается сравнительно мало персонажей, помню намного больше, но для современного читателя эти имена ровно ничего не значат. По этой же причине не стал исправлять некоторые погрешности в изложенной истории института, которые заметил. Рассказ несколько затянут, т.к. он рассчитан и на членов моей семьи, которым это интересно. Хотелось бы, чтобы его прочитали молодые, в частности, мои потомки. Но надежды мало, поэтому даже не стал пояснять некоторые непонятные в современности явления и предметы, нужно много времени и места. Как объяснить нынешнему поколению, что такое "патефон" или кто такие артисты Дина Дурбин или Борис Чирков? Захотят, поймут из контекста. Место действия буду называть либо институтом, либо нынешним названием - Таирово. Моя жизнь разделена на два крупных этапа - до и после войны, поэтому эта "точка отсчёта" употребляется для привязки действий к периоду времени. Если приведенные сведения вызывают сомнение, поставлен знак вопроса.

 Поселок Таирово в те далекие годы был значительно меньше теперешнего. Никто не разделял жилые и административные здания, потому что в последних тоже жили, всё называлось одним словом "институт". Существовали: главное здание, огороженное нынче забором вместе с беседкой-ротондой, террасами, где растет виноград, и лестницей; винподвал (нынешний дегустационный зал); водонапорная башня (в обиходе - "водокачка"); строения, обозначенные сейчас номерами 20 - 29 . Артезианская скважина, построенная во времена В.Е.Таирова, с такой же прекрасной водой, оборудованная шумно работающим штанговым насосом, находилась в центре двора. Центральный четырехугольник был обсажен кустами роскошной сирени и каштанами. Перед левым входом в главное здание был маленький скверик, три скамейки, на которых днем отдыхали старики и мамаши с младенцами, вечерами веселилась молодежь. В середине его стоял огороженный низеньким штакетником и клумбой небольшой памятник с латунной звездой. На мраморе написано, что здесь лежат матрос Петр Панков 1921 (?) г.р. и неизвестный боец. Оба погибли в 1941-м во время героической обороны Одессы. Напомню, что в сентябре-октябре того года линия фронта проходила по восточному берегу Сухого лимана, как раз, где стоит институт. Перезахоронение состоялось после войны, из могилы за южной окраиной (за "дачей Суворова", крайний дом с четырехугольной башенкой).

 Между главным зданием и домом N23 был оборудован ледник, бытовых холодильников тогда не существовало. Неглубокую шахту зимой заполняли брусками льда, нарезанного в лимане, накрывали соломой, там люди держали продукты, а специалисты лабораторные препараты. Рядом с винподвалом стоял дом (прививочная мастерская по таировскому проекту, его снесли), где была контора, а сбоку баня. В подвале топилась кочегарка, горячая вода и пар нужны для мытья бочек, оттуда они подавались в баню. Дом, где ныне сельсовет, был одноэтажным, там находились склад, позже магазин, мехмастерская. Дом 23 был многосторонним, его южные части со стороны водокачки снесены, там был гараж техники Отдела механизации и - ближе к N22 - плотницкая и бондарная мастерские.