В скором времени папу переводят в Петербург. Мама и мы, дети, не сразу последуем за ним. Мама должна распродать имущество и затем сначала поехать с нами в Москву. Там мы должны будем акклиматизироваться, прежде чем окончательно поселимся в Петербурге.
Итак, мама и папа будут в разлуке почти год.
Не опасается ли он московских поклонников?
Дядя Женя рассеивает эти мысли: он смеется своим звонким юношеским смехом над папиным замечанием о комете и ее хвосте.
Когда позднее папа, мама и дядя Женя вместе музицируют, от напряженности не остается и следа. Они, как и всегда, играют очень слаженно.
Позднее (тетя Оля уже прочитала рассказ Чехова) папа такой, каким его знают друзья: вежливый и уравновешенный. И когда мама на мгновение остается одна, он шепчет ей то, что всегда говорит, когда после минуты дурного настроения хочет выглядеть веселым: "Je t'aime, ma fleur d'amour..."*
Мама счастливо улыбается. Папа занимается гостями.
Он и не замечает, что несколько минут спустя мамы с дядей Женей уже нет в гостиной.
Мама направляется в кухню, собираясь дать еще несколько указаний прислуге. Дядя Женя следует за ней и просит выслушать.
- Непременно сейчас, дело не терпит отлагательства, - говорит он с особым значением.
Они выходят на террасу. Там можно поговорить без помех.
Дядя Женя предлагает ей "сделать окончательный выбор".
Мама не понимает.
- Вы не должны ехать, - говорит дядя Женя; он так серьезен и настойчив, каким мама его никогда не видела. - Останьтесь, мадам! Оставайтесь здесь с детьми, здесь, на вашей родине. Только здесь вы счастливы. Я знаю это!
Мама обескураженно молчит.
Дядя Женя принимает это молчание за знак согласия.
- С разводом вы можете не спешить, - продолжает он, - я готов ждать. Я готов ждать, как жду до сих пор, пока знаю, что вы остаетесь. Я люблю вас, мадам. И вы знаете это. И я люблю ваших детей. И это вы должны знать...
Лишь мгновение мама смотрит на дядю Женю смущенно. Потом смеется.
- Ну, Женя, - говорит она, продолжая смеяться, как будто не воспринимая всерьез того, что только что услышала. - Ну, Женя, - повторяет она, все еще смеясь и с жестом, словно собираясь добавить: "И что это вам взбрело в голову, вы, большой неразумный мальчик?.."
Потом поворачивается и уходит в дом.
Дядя Женя опустошенным взглядом смотрит ей вслед. В нем сейчас действительно что-то есть от "большого неразумного мальчика", мальчика, который еще никогда не был так унижен, как в эту секунду.
Два дня спустя денщик дяди Жени приносит маме букет цветов и маленький запечатанный пакетик. В пакетике письмо, кольцо и - скрепленная цепочкой с кольцом - револьверная пуля.
Дядя Женя застрелился.
К нашим воспоминаниям о дяде Жене теперь примешивается ненависть. Это он виновен в том, полагаем мы, что мама слегла, несколько недель страдала от душевного расстройства и смогла улыбаться лишь много времени спустя...
Папа же думает о дяде Жене иначе, чем мы, дети. "Теперь я понимаю, задумчиво говорит он однажды маме, - как из-за тебя кто-нибудь может лишить себя жизни..."
Свободное копирование
