Отражение

Отражение

В "Советском экране" было интервью с Ириной Купченко. Ее там спрашивали: "Мешает ли вам популярность, когда вас узнают на улице?" "Нет, не мешает, - ответила она, - меня не узнают..." Спокойно ответила, с достойной иронией, как человек, знающий себе истинную цену.

Быть узнаваемым - вожделенная страсть медийных персон. Такое бывало и со мной и, насколько помню, это приятно. Но тут важно не впасть в чрезмерное самоуважение, не потерять чувства юмора. Тебя ведь и не за тебя могут принять, а за другого. Например, за своего знакомого, с которым долго не виделся. Чужой человек может вдруг подойти, пожать руку, даже приобнять и, дипломатично не называя по имени, произнести нечто вроде: "Ну, как ты, ничего? Что поделываешь?"

Частенько со мной здоровались, решив, видимо, что "где-то встречались".

Однажды, правда, "узнаваемость" помогла. В Алма-Ате администратор гостиницы, увидев меня в окошке, ахнула и, не смотря на то, что "свободных номеров нет", оформила переночевать. Она приняла меня за известного политического обозревателя, регулярно выступавшего в передаче "Сегодня в мире". Поправлять не стал - очень спать хотелось.

Но, честно говоря, подобные удачи выпадали редко. В основном - никаких льгот. Не помню, чтобы уступили очеред в парикмахерской, в магазине или, скажем, на почте. Скорее наоборот. В любой очереди присутствовала нервная логика: коли ты такая цаца, то и последним постоишь, мы тоже люди!

Никогда вперед и не рвался. Понимал: стоит расстаться с "Кинопанорамой", и все плюсы в сравнении с остальным человечеством мгновенно испарятся. Так, кстати, и произошло. Правда, не сразу, узнавали еще долго.

Популярность - вещь вообще относительная. До меня "Кинопанораму" года три вел критик из газеты "Правда" Георгий Капралов. И вот, примерно на третьем году уже моего ведения, приезжаю в Сочи на съемки фильма по моему сценарию "Лидер". Получил авторские, сидим большой компанией в ресторане. Мимо проходят две женщины. Слышу, одна другой говорит, показывая на меня: "Смотри-смотри, вон сидит режиссер Капралов!"

Капралов превратился в режиссера, а я в Капралова - вот и вся цена узнаваемости.

Давал интервью, журналист пробросил: вы, мол, самый узнаваемый у нас драматург. В лицо, мол, знают. Возможно, хотел сделать мне комплимент. Того не учел, что я бы охотно променял свою телевизионную узнаваемость на неузнаваемость Шекспира, Лопе де Вега, Розова или Вампилова.

Сейчас телевизионных каналов много и телеведущих на них не счесть. Гораздо больше прежнего женщин. Среди первачей в развлекательном жанре - вы наверное со мной согласитесь, - Иван Ургант, Цекало, Мартиросян, Галкин, классикой остается Масляков. Можно прибавить два-три имени.

Еще есть ведущие "спрашиватели". Они задают вопросы приглашаемым в студию звездам. Дело не простое, но все-таки посильное для сравнительно многих.

Сложнее вести так называемые ток-шоу: тут и спрашивать приходится и от себя уметь сказать нечто важное и интересное. Имена? Пожалуйста: Познер, Прошутинская, Виктор Ерофеев, Архангельский. Называю тех, чьи передачи не пропускаю.

Передач, подобных почившей в бозе "Кинопанораме", сейчас нет. Она была синкретического свойства: в ней присутствовал и репортаж, и вопросы задавались, и от себя, ведущего, произносилось нечто, и серьез присутствовал, и элементы развлекаловки. Если проводить аналогию с печатной продукцией, то ее можно сравнить с журналом, может быть, с журналом "Советский экран", которого тоже теперь нет. И там, и там говорилось о кино, но разговор велся во многих жанрах под одной обложкой.

Почему в новые времена подобных передач на телевидении, как и подобных журналов, не стало? И ничто не намекает на их реинкарнацию? Вопрос для социологов, для исследователей психологии общества. Одно ясно: требуются слишком серьезные усилия для производства такой продукции и не находится энтузиастов. Да и немалых денег это бы потребовало в новых условиях. Да еще и зритель, надо сказать, сильно расслабился, как бы утратил тонус, закормленный сверхдозами развлекательной разлюли-малины.

Из сказанного следует, что для телепередач типа "Кинопанорамы" или ей подобных ("Клуб путешественников", "В мире животных", "Очевидное-невероятное", до сих пор памятны музыкальные передачи Ольги Доброхотовой ) требовались и ведущие особого рода, тоже, если можно так сказать, синкретические. За видимым присутствием в кадре должна была чувствоваться некая человеческая значимость, не говоря уж о профессиональном багаже. Таким был тот же Алексей Каплер. К этому уровню хотелось тянуться... Попробуй представить на его месте, скажем, Ксению Собчак, и не получится. Вот о чем речь...

Для зрителей "Кинопанорамы" ведущий был своего рода их полномочным представителем в мире кино. По нему сверялись впечатления о том или ином фильме, о той или другой актерской работе. Сидящие у экранов ждали, что он, ведущий, задаст приглашенным в студию звездам именно те вопросы, которые они бы задали сами, окажись на его месте.

Свой вопросы и пожелания люди излагали в письмах. Они приходили и на телевидение, и на мое имя в редакцию "Советского экрана". Их было так много, что подсчитать невозможно. У меня сохранилось несколько папок. Не знаю, что с ними делать. Совершенно, как говорится, мертвый груз, а выбросить жалко.

Такая же ситуация с моими "личными" письмами - от мамы, отца, сестры, от друзей и подруг... Как, спрашивается, уничтожить эти послания от любивших тебя, как приговорить к казни бескорыстно подаренные тебе слова безыскусной нежности родных, скрытой надежды любимых? Нежность давно умерла, надежды, оказывается, не оправдались. Но - уничтожить? Ведь те забытые слова - последняя зацепка за время, наивная попытка удержать себя хотя бы в собственной памяти. Так и пылятся среди других бумаг эти выцветшие свидетельства того, что я все-таки был.

Письма от зрителей - конечно, другое, чем, так сказать, "личные". Но и в них осталось напряжение чьего-то ума и чьей-то руки, уже только по одному этому они доказательство того, что и авторы их были , и ты был , коли они к тебе обращались. Не поднимается рука расправиться...

Разные письма лежат в старых папках. И каждое - портрет автора. Это очень интересно.

"Спасибо за "Кинопанораму" от 28 декабря 1984 года. Сколько прекрасного мы увидели и услышали! Спасибо за И.Шварца, за моего любимого, умного, доброго З.Гердта, за Елену Камбурову, за ее прекрасное исполнение романсов и песен. Поздравляю всех участников "Кинопанорамы" с Новым 1985 годом, желаю всем здоровья, счастья, новых творческих успехов!" О.Нетова. г.Грозный.

"Ох, как расточительно расходуем телевизионное время на темы, которые присущи определенной, не так уж и большой группе людей. Но ведь передача идет для всех для нас, большинства, как говорится, рядовых слушателей. Вся эта "кухня" "Кинопанорамы" интересна, повторяю, для определенной группы людей. А такие, как я, а я интересуюсь многими проблемами, как правило, выключают телевизор для экономии электроэнергии... Вся эта раскованность, простота поведения и смех - как-то совсем не трогают..., не задевают душу, потому что это конгломерат..." П.Артемьев. г.Омск.

"К Вам я обращаюсь как к ведущему "Кинопанорамы", которую я люблю и всегда смотрю. Мне нравятся женщины-героини, которых Вы показываете и о которых рассказываете... Вам как мужчине, может быть, трудно меня понять, но поскольку кино является самым доходчивым искусством во всех вопросах, я обращаюсь к Вам... Сколько есть картин об охране природы, животного мира и т.д. Только нет ничего об охране женского достоинства... Сколько есть прекрасных, простых женщин, любяших свою Родину, честно работающих, воспитывающих детей. Пусть нет у них наград, а они живут, выполняют свой долг, работницы и матери, среди тревог и волнений..." Антонина Николаевна Стефанова. г.Орел.

Что бы написала Антонина Николаевна сегодня, насмотревшись на бесстыжести нынешнего телеэкрана с его толпами сексуально взвинченных девиц, иные из которых еще и "в шоколаде", потрошат бутики да эпатируют откровениями про онанизм в джакузи? Впрочем, это вопрос риторический...

Вот как начиналось послание из Тамбова от анонима , скрывшегося за инициалами Л.С.: "Здравствуйте ведущий Орлов! Во время вашей передачи 1.09.1984 г. я заметил некоторые небрежности в костюмах:

- У Владимира Ивашова расстегнут пиджак.

- У Федорова-макетчика - рубашка.

- Пидпалый - режиссер-постановщик - расстегнут пиджак.

Был расстегнут пиджак и у Вячеслава Тихонова...

Кроме того, были расстегнуты пиджаки и у всех троих артистов, когда они, сидя за столом, рассказывали о фильме "Европейская история", а у вас в 22 ч. 34 м. галстук завернулся за пиджак.

Во время рассказа о работе студии "Мосфильм" я заметил, что у героя, которого играл Станислав Садальский, верхняя пуговица была расстегнута, а в конце у Родиона Нахапетова была расстегнута верхняя пуговица куртки..."

Наблюдений такого рода у автора набралось на несколько страниц. А в финале он объяснял: "Вы меня извините, я по профессии военный, поэтому обращаю на это внимание. Когда я учился в военном училище, командиры из числа уже служивших в армии отрезали поначалу нам пуговицы на гимнастерках, если замечали, что расстегнутые. А потом - служба, ну и это стало уже в крови... Конечно, главное - это работа, стремление к знаниям, совершенству, но нельзя забывать мелочи, они, мелочи, могут связать человека по рукам и ногам - я в этом убедился на своем печальном опыте... И если солдат устает после боев, он - отдыхает, если он ранен, то - госпиталь и затем снова бой. Но когда главное становится почему-то ненужным, а на передний план выдвигаются эти мелочи - пуговицы, то теряется смысл продолжения боя".

Показанное на экране, помимо заявок, нередко стимулировало зрителей заинтересоваться новой темой. Стоило, например, рассказать о немом кино, заглянуть в Госфильмофонд, как поднималась волна просьб не только поговорить о первом русском игровом фильме "Понизовая вольница", но и вспомнить о других забытых лентах, о кинозвездах тех давних времен.

Однажды рассказали о "харьковской находке": в Харькове молодой киномеханик Владимир Миславский помогал товарищу ремонтировать старый погреб. И - о, чудо! - обнаружил в земле коробки со старой пленкой. Выяснилось, что он нашел два совершенно неизвестных фильма самого Жоржа Мельеса, которого специалисты считают основоположником французкого кино, а также фильм Гриффита - американского и мирового классика экрана!

Сюжет прошел, и вскоре в "Кинопанораму" поступило письмо от второклассника Миши Б. Мальчик сообщал, что тоже нашел во дворе "обрывок кинопленки, не очень длинный, примерно 3-4 метра", просил прислать корреспондента: не киноклад ли попался на этот раз ему.

Обычно пишут артистам. Я, понятно, не артист, но судьба так распорядилась, что в течение весьма длительного отрезка собственной жизни получал много зрительских и читательских писем. И как ведущий "Кинопанорамы" получал, и как сценарист выходивших время от времени фильмов, и как главный редактор журнала. Эти безыскусные, а порой даже очень "искусные" послания грели душу.

"Здравствуйте, уважаемый Д.К.Орлов! Очень любим смотреть "Кинопанораму", когда вы ведете передачу... Хочется поговорить с вами о кино. Очень любим журнал "Советский экран". И вообще, что бы мы делали без искусства, без наших дорогих артистов? А как больно, что многих уже нет. Когда я была еще молодая, да можно сказать 14 - 15 лет, я думала, что артисты не умирают...Большая к вам просьба: побольше показывайте по телевидению артистов старшего поколения... Очень понравилась передача "Кинопанорамы", когда выступали Мордюкова и Смоктуновский... Вы порядочный человек, и я решила с вами поделиться, что наболело на душе, то и высказала..." (О.И.Репина, Оренбургская область, город Бугуруслан).

Еще письмо:

"Я очень люблю передачу "Кинопанорама" и с большим нетерпением ожидаю каждый новый выпуск. Большое спасибо за нее. Эта передача помогает мне быть в некоторой степени в курсе всего, что происходит в кино не только у нас в стране, но и в мире, а главное, знакомит с процессом создания картин, ее людьми, создателями, тружениками этой отрсли. С этими людьми я знакомлюсь в основном по вашей передаче. Это, пожалуй, самое ценное". (А.Лелюк, Тернополь).

Оригинально высказался однажды юрист З.А. из Баку (он скрылся за инициалами). В феврале 1985 года он сделал мне такой комплимент: "Читая "Литературную газету", узнал, что Вам всего Пятьдесят. Это просто прекрасно, и хотя я выгляжу вроде бы так же, как и Вы, мне, увы, уже более шестидесяти".

Узнать, что в пятьдесят ты выглядишь, как "более, чем на шестьдесят" - сомнительная, конечно, радость, но я понял: человек так спешил поздравить, что слегка запутался в словах. Но не в словах дело, а в чувстве!

В заключение приведу письмо, которое по смятенности произведенного им впечатления напомнило пережитое однажды в Киеве, где оказался все с той же "Кинопанорамой" на Всесоюзном телевизионном фестивале.

У входа в отель меня перехватил молоденький журналист, взять интервью. Пока отвечал на вопросы, рядом топтался еще кто-то с букетиком. Журналист ушел, и этот кто-то букетик вручил мне. И сообщил:

-Есть вам предложение: приятно провести вечер в хорошей компании... Стол, банька, все, что полагается... Вон, приглашают те товарищи...

Вдалеке стояли двое - плотные, щекастые, в строгих костюмах.

- А это кто?

- Директор киевского крематория и заместитель..

Я был с букетом:

- Сразу и возложим?

Так что, не только любовь бывает до гроба, но и телепопулярность...

Гоголевский Поприщин восклицал: : "Нет, я больше не имею сил терпеть. Боже! Спасите меня! Возьмите меня!" Поприщины о себе напоминают.

Это письмо пришло в редакцию "Советского экрана". На обратной стороне конверта было написано: "Желательно без самозабвенных помех - лично в руки Д.К.Орлову..." И далее следовал текст, который здесь основательно сокращен:

"Хеллоу, Господин Д.К.Орлов! Я бы хотела, чтобы мы с Вами, хотя бы в мечтах, полных нежной, холодной иронии, проскакали по морскому теплому берегу на красивых, обаятельных белых скакунах (лошадях).

Господин Орлов! Вы когда-нибудь плакали?????...

Господин Орлов, я хочу, чтобы вы никогда не плакали от того, что Вы не в состоянии видеть мою суперграциозную, наивно робкую, трогательно выразительную, неуловимо пламенную по своей безумной страсти, тщательно изысканную, феноменально нежную, как ароматные белые большие розы, фигуру...

Господин Орлов! Вы бы хотели искупаться со мной в лимонном, теплом ликере, по которому плавали бы живые, беленькие, большие, ароматные розы?

Господин Орлов, я хочу, чтобы я Вам приснилась на царском троне в голом виде с хрустальным фужером в руках, переполненным березовым соком...

...Господин Орлов, ни один человек на Земле, в мире не был так преданно знаком с чувством Любви, как это получилось у меня. ЛЮБОВЬ!.. - выжгла с моего сердца всё лирическое смятение, которое было у меня.

Беспардонный господин Орлов! Я поднимаю тост ЗА СВОЕ кошмарное, принципиальное, жуткое о - ди - но! - че - ство...

В таком состоянии я даже не способна по интуиции сообразить, в какую работу я должна втянуться, чтобы зарабатывать себе на кусок хлеба. Мне 23 года. Сама я супер-современно высокая. Чао!!!!"

Естественно, что имя и адрес своей смятенной корреспондентки не указываю. Дело было без малого тридцать лет назад. Тогда она жила в одном из сел Черновицкой области, что на (в) Украине.

И вот, как любили писать в старинных романах, "прошли годы". Добрых четверть века прошло. Многажды убеждался за это время, что "Кинопанорама" людям запомнилась, как говорится, запала в душу тем, кто видел. То и дело слышал на разных перепутьях: "Кинопанорама"?! Да ни одной не пропускала! (Или - "не пропускал"). И вас помню...".

Однажды завлекли в Телерадиофонд, что на Малой Никитской, и там я подробно рассказывал под камеру про то, как все у нас делалось и как было. Сюда в то время приглашали телеветеранов, чтобы сохранить для истории свидетельства живых очевидцев и участников. Или позвали однажды на ностальгическую телепередачу все про ту же "Кинопанораму", позвали вместе с Георгием Капраловым, который, напомню, года три вел "Кинопанораму" до меня.. Сидели парочкой, излагали, отвечали на вопросы ведущего. Когда-то Жора (я звал его так с незапамятных времен) долго не мог смириться, что его поменяли в одной из самых популярных телепередач в стране сначала на Эльдара Рязанова, а потом еще и на меня. Он упорно предлагал начальству новые идеи с собой в центре, но где-то наверху не проходило...

Но сейчас, собственно, не об этом. Я о том, как "Кинопанорама" настигла меня недавно, спустя только что упомянутые четверть века.

Известный киновед, доктор искусствоведения, бывший многолетний "правдист" Георгий Александрович Капралов скончался на девяностом году жизни. И вот 15 октября 2010 года в 20:00 по государственному каналу "Россия-1" в программе "Вести" пошел сюжет об этом печальном событии. На всю страну, в самое боевое прамтаймовское время. Диктор скорбно сообщил суть, появилась Жорина фотография, потом голос ушел за кадр, продолжая перечислять заслуги усопшего - подробно и продолжительно. А в это время под соответствующий теме комментарий по экрану стал разгуливать я, Даль Орлов, во всей своей несравненной молодой красе. И разгуливал все то время, что было предназначено отнюдь не мне. То в одном, то в другом элегантном костюме от Игмонда, сохраненных в "видеонарезке" из двух давних новогодних "Кинопанорам"!

Под выкрики домашних про, якобы, хорошую примету, я все-таки легкий ужас испытал: не очень приятно раньше времени оказаться в некрологе. Хотя бы и чужом.

И Жора бы расстроился: опять вместо него, показали другого...

Эта история, подсказанная жизнью (а также смертью!), поневоле, оказалась финалом главы про "Кинопанораму" и про мое плотное сотрудничество с Центральным телевидением.

Когда-то давно, на самой заре моих литературных претензий, несколько раз доводилось стать жертвой плагиаторов: гнусные тати выдавали мои тексты за свои. Современные технологии вкупе с победительным раздолбайством позволяют теперь спереть не только тексты, но даже и твой неповторимый облик со всеми потрохами.