Летом 37-го года мы поселились в Лосинке, где жил о. Иеракс. Мы могли часто бывать за богослужением, хотя Володя и приезжавшие гости (его сестра, моя мама и т. д.) даже не подозревали этого. В 38-м году у меня должен был появиться второй ребенок. После гриппа у меня было осложнение: инфильтративный туберкулезный процесс в правом легком. Врач настаивал на прерывании беременности, но я отказалась. Как врач ни убеждал меня, пугал, что я заражу старшего сына и мужа, даже заподозрил меня в толстовстве, настаивал на применении вдувания, что несовместимо с беременностью, я ни за что не соглашалась. Тогда муж созвал консилиум, и врачи решили, что меня надо отправить в деревню, усиленно кормить и каждый месяц делать рентгеновские снимки. Мы с Верочкой и Аликом уехали в Малоярославец. Верочка усиленно кормила меня, а сама похудела ужасно. Через месяц рентген показал, что инфильтрат уменьшился, а еще через месяц все зарубцевалось. Я выздоровела окончательно и 1 декабря родила совершенно здорового ребенка. Профессор и врачи изучали мои снимки и удивлялись. Они смотрели на это как на чудо.
Когда я приехала осенью к о. Серафиму, он одобрил мое поведение.
В роддоме я все же лежала в туберкулезном отделении и была под наблюдением профессора-гинеколога. Алик в это время оставался с моей мамой, но контакта у него с ней не было. Слишком различны были наши устроения. Однажды Алик заявил ей: "Спасибо, бабушка, что ты мне маму родила, а больше сказать мне нечего". На маму это произвело сильное впечатление.
Когда мы привезли домой Павлика, Алик долго разглядывал его и спросил: "А мысли у него есть?" Я огорчалась, что и второй у меня родился мальчик. Я ведь ждала девочку. Володя же сказал: "Два сына? Неплохо, неплохо!" Это меня успокоило. Но мы никак не могли договориться об имени. Володя хотел назвать его Леонидом, а я — Сергеем, в честь преп. Сергия. Как-то Верочка сказала, что очень любит апостола Павла, и предложила назвать ребенка Павлом. На это я сразу согласилась, и Володя, к моему удивлению, тоже. Крестили его в 39-м году на Благовещение. Неожиданно получилось, что к о. Серафиму попасть мы не могли и, не желая откладывать такое важное дело, поехали к о. Иераксу. Крестной была Верочка, а крестным заочно — о. Серафим.
Воспитывать детей в такой сложной обстановке, в трудное время было нелегко. Да и я не умела быть воспитательницей. Тогда я обратилась к Божией Матери с просьбой, чтобы Она воспитала моих детей. И Она услышала мою молитву. Теперь, через несколько десятков лет, я вижу, что мои дети сумели пронести огонек веры через все испытания. И в этом я вижу особую милость Божией Матери.
Свободное копирование
