Со дня приезда в Тихорецк (11 июня) и до поездки на море (21 июня) Лёля нам звонила чуть не ежедневно, каждый разговор сводился к одному — сильно по нас скучает. Мы её старались подбодрить, но у нас самих душу скребли кошки, как она там, наша дочечка? Очень не хватало нам её здесь. Звонила она в основном от наших соседей Михайловых. В одном из разговоров пожаловалась, что очень неуютно чувствует себя при Лёше и Наташе (это наши племянники, попросившиеся с весны пожить на полгода в квартире), у них свои разговоры, свой странный режим, ложатся спать вроде не поздно, а спят долго. Мы сказали дочурке, чтобы немного потерпела, у Лёши с Наташей есть однокомнатная квартира, которая ремонтируется, скоро переедут. И точно, когда Лёля приехала с моря, наш племянник со своей молодой женой начали перевозить вещи в свою квартиру.
Пока Лёля находилась на море, нам позвонил из Тихорецка Саша и сказал, что срочно нужны два документа. Оказывается, для прописки Лёли в Тихорецке необходима наша доверенность Саше на опекунство над ней (16-летнего ребёнка не пропишут в нашей пустой квартире, если кто-то из взрослых не будет опекуном), и второй — нужна санитарная книжка из детской поликлиники о прививках и тому подобное для школы. Мы всё это тут же выслали, и попросили Сашу помочь определить Лёлю в школу № 8, которая находилась от нашего дома в ста метрах. Примерно в середине июля Саша сообщил нам, что Леночку прописали, а вот с 8-й школой не получается, она имеет статус гимназии и попасть туда невозможно. Пришлось Саше договариваться насчёт Лёли со школой № 6, там места были. Но ходить далековато — почти до городского рынка, а это от нас километра полтора.
Примерно за месяц до нашего отпуска Любе в профкоме треста предложили бесплатную 18-дневную путёвку на два человека в санаторий под Сочами «Белые ночи». Срок заезда — с 1 сентября. Мы стали советоваться, решили, что Лёля нынче на море была, пусть ходит в школу, а мы в это время немного поныряем.
Как-то после очередного «слезливого» разговора с Лёлей, расстроенная Люба произнесла:
— Не смогу я без Лёльки! Отправили ребёнка непонятно куда и непонятно зачем. Давай что-то решать.
Я уже и сам об этом подумывал, но начинать разговор боялся — слишком уж болезненной эта тема была для нас. А Люба распалилась:
— Чего мы привязались к этому Ростову? На пенсию ребёнка не выучить, поэтому до Тихорецка ещё не скоро доберёмся. И что нам даст Ростов? Там, кстати, и факультета чисто исторического нет... И вообще, город очень криминальный...
Одним словом, в наши души вкралось глубокое сомнение в верности принятого нами весной решения.
Прошло дня два, и тут как-то в вечерних новостях показали репортаж из Ростовского университета. Мы с Любой подскочили к телевизору и, затаив дыхание, стали вникать в суть темы. Разговор шёл о том, что в университете начались каникулы, а ремонт не делается, и уже не помнят, когда он здесь был последний раз. Картинки на экране выхватывали то общий план вуза, то учебные классы, то какие-то подсобные помещения, всё это выглядело довольно уныло. А когда показали туалет с дырой, прогрызенной крысами, мы пришли в ужас. Люба воскликнула:
— И это сюда мы хотим отправить учиться Лёльку?
Этот репортаж подкрепил наши сомнения. Именно в этот момент, посоветовавшись между собой, мы твёрдо решили, что заберём после отпуска Лёлю назад, в Надым. Ребёнок ещё слишком мал, чтобы отрывать его так рано от родителей. Любим её настолько сильно, что не сможем её в этом возрасте оставить одну вдали от нас. По крайней мере, пока. Любовь к ней — наше уязвимое место, самое «слабое звено».
Обратные билеты из Краснодара на Надым у нас с Любой были на 22 октября (купили их давненько). Мы нашли Лёлино свидетельство о рождении (паспорт-то у неё находился с собой), и пошли в кассу аэрофлота. Показали кассирше свои билеты и сказали, что нам на этот рейс нужен ещё один билет. Ну вот, как не написать о счастливой случайности? Нашлось одно единственное место! Как будто специально для нас держали. Приободрились мы с Любой, повеселели. Но Лёле об этом решили пока не говорить, пусть будет это для неё сюрпризом. Без труда представляли, с какой радостью она воспримет возвращение в город, где родилась и выросла, под крылышко папочки и мамочки! А после 11-го класса будем решать, куда поступать учиться, и где будем учиться. Время на размышление есть — целая зима.
Свободное копирование
