*****
На фото: Я и Люба с дочерью Леной (она справа) и внучатами (детьми сына Игоря) Виталиком и Алёной в Геленджике. 2000 год.
На море мы выехали 4 июля, когда наладилась погода. Нынче решили снова отдыхать в Геленджике. О том, как тут искали жильё, расскажу подробнее.
В курортный городок мы приехали на автобусе уже под вечер. С автостанции до центра идти пешком далеко, решили ехать на такси. У местных водителей глаз намётанный, заметив нашу суетливость, таксист сказал, что есть женщина, которая сдаёт жильё. Мы согласились. Он привёз нас в частный сектор, расположенный с южной стороны бухты, и остановился у одного из домов. Мы прошли во двор, навстречу вышла худощавая пожилая женщина, вроде русская, которую я про себя окрестил бабкой. Она сказала, что койко-место стоит недорого, семьдесят рублей, и показала нам в доме две маленькие комнатки с довольно старой мебелью, каждая на два человека. Я у Любы потихоньку спросил, мол, ну, как? Она ответила, что вроде ничего. Бабка нам сказала, что ей надо рассчитаться с таксистом, за то, что он ей привёз клиентов, и попросила предоплату. Люба дала ей тысячу рублей.
Когда таксист уехал, бабка повела нас показывать удобства. Туалет на улице, где-то за сарайчиком. Душ без подогрева (только от солнца). Умывальник, газплита под открытым небом у сарайчика. Мойка в стороне от газплиты, лишь с холодной водой. Недалеко стоял круглый обеденный стол с грязными чашками, оставленными другими постояльцами.
Когда я увидел здесь же, на улице, маленький старый холодильник с полуоткрытой дверкой (бабка сказала, что «запорчик чегой-то не держить»), мне стало не по себе. Я отозвал Любу в сторонку, и мы стали советоваться.
— Мне здесь не нравится, — твёрдо сказал я.
— А что делать?
— Пошли, пройдёмся, пока не поздно, вдруг что-нибудь найдём лучше, а то застрянем в этой дыре.
Детей мы оставили с вещами, бабке сказали, что сходим в магазин, и отправились в поиски нового жилья.
Шли по дороге в сторону бухты, высматривая дома, где на воротах висели таблички с указанием наличия мест. То два, то три, снова два свободных места. Наконец увидели опрятный дом на улице Чкалова 6А, где предлагалось четыре места. Мы подошли к калитке, постучались. Вышла женщина лет пятидесяти с пышной причёской, тоже русская. Её сопровождали две небольшие упитанные собачки — добрые-предобрые. Пригласив нас во двор, хозяйка поинтересовалась возрастом детей. Мы сказали, что девочке четырнадцать лет, а мальчику — шесть. Это её устроило. Сразу назвала цену — восемьдесят рублей с человека. Из других постояльцев у неё сейчас — только молодая пара. Мы попросили посмотреть удобства. Комната в помещении рядом с домом, там три кровати и диван (то, что и надо, отметил я про себя!); дорожки бетонные, душевая комната и туалет под кафелем (вот это да!); душ с подогревом в любое время (ну, ваще!), газплита и умывальник под навесом, тут же и большой холодильник, а над ним телевизор, для мытья посуды специальная мойка с тёплой водой. И до моря недалеко. Лучше не придумать!
Вернувшись к бабке, напрямую ей сказали, что у неё нам не очень нравится, мало удобств, устроимся в другом месте. Наше «заявление» бабку не смутило, видать, не впервой. Она отдала нам деньги, но не тысячу, а только восемьсот. Люба хотела возмутиться, но бабка опередила:
— Доченька, я таксисту за каждого постояльца всегда отдаю по пятьдесят рублей, уехал он. Найдёте — заберите деньги.
— Ну и бабка, ну и бизнесмен! За час — двести рублей! Вот жульё! — ворчали мы.
Когда пришли к новым хозяевам и стали располагаться в комнате, Виталька и место, и обстановку оценил кратко:
— Классно! Даже телик есть!
Погода стояла как по заказу — тепло, тихо. С утра мы шли на море, потом — с двенадцати до четырёх часов дня — перерыв на обед и отдых, затем опять к воде. Место находилось в стороне от городского пляжа, неглубокое, с чистой водой, да и народу поменьше. Мы с Любой, бывало, искупнёмся — и сразу под навес. А Лёлюшка к этому времени уже научилась хорошо плавать и, в отличие от нас, как русалочка, булькалась подолгу. Просто не выгнать из воды. Некоторая проблема у нас появилась с Витасом: боялся глубокой воды. Зайдёт в воду по щиколотку, пройдётся по-над берегом вправо-влево, и — загорать. После наших уговоров стал заходить «дальше», по колено. Ложился на живот и, упираясь руками о дно, делал вид, что плывёт. Так и не научили его плавать.
Чего только не увидишь на пляже! Как-то сижу под навесом, гадаю кроссворд, рядом Люба дремлет, дети тут же. Вдруг вижу, как вдоль пляжа, лавируя среди отдыхающих, несётся большая тупорылая собака породы боксёр странного цвета — грязно-белая с чёрным ухом. Вся какая-то озабоченная, словно потеряла хозяина и пытается его найти. Неожиданно эта черноухая боксёрша (судя по висящему брюху с сосками, самка) бросилась к валяющимся то тут, то там надувным кругам и матрацам и с остервенением стала их прокусывать. Картина не для слабонервных. Народ всполошился, владельцы пострадавших «плавсредств», в большинстве это дети, кто завизжал, кто заплакал. Весь пляж с напряжением ожидал скандала, но всё обошлось — откуда-то появился хозяин, взял собаку за ошейник и повёл с пляжа. И никто не подошёл к нему с обвинением: побоялись — мало ли чего ещё на уме у его странной собаки.
При всей этой кутерьме, собаку неустанно сопровождали два озабоченных беспородных пёсика, которые не сводили похотливого взора с вожделенного объекта — хоть и боксёрша, но ведь самочка! Нахалы изредка пытались с ней заигрывать, а порой и приставать, но та продолжала бежать, не обращая на них никакого внимания. И даже когда собаку уводил хозяин, пёсики не отставали. Всё это я заснял на своё видео. Думаю, не отправить ли сюжет на передачу «Сам себе режиссёр»?
По поводу «приставания» помню где-то услышанный смешной рассказ. Жаркое лето. В общественном транспорте народ едет на работу. На сиденье на коленях своего отца сидит мальчик лет пяти и рассматривает проезжающие мимо автомобили, то и дело задавая вопросы. Отец нехотя на них отвечает. На светофоре автобус останавливается, и напротив останавливается грузовик, везущий коров на мясокомбинат. Один из бычков делает попытку залезть на корову (ну чем ещё могут заняться мужчина и женщина перед смертью?) Мальчик долго смотрит на эту картину и, наконец, спрашивает у отца:
— Па-ап, а чего это они делают?
Весь автобус замирает в ожидании того, как выкрутится отец. Зевнув, тот отвечает:
— Это коровка на коровку залезла посмотреть, далеко ли до мясокомбината...
Но я отвлёкся. На ужин я позволял себе одну-другую рюмку водочки, а если испытывал жажду, то пил пиво. Обычно брал бутылочное. Один раз, помню, шли с Любой и детворой на море, а по пути попался пивной ларёк. Говорю Любе, мол, давай возьмём бокал импортного (баварского) разливного пивка, хочется пить, заодно и попробую. Заказали. Ждём пять минут — нацеживают, ждём десять — продолжают цедить, дети стали томиться. Спрашиваю у буфетчика:
— Долго ещё ждать?
— Здесь приходится ждать, как в ресторане, — вяло ответил тот.
Мы подождали ещё пять минут. Не выдерживаю:
— Давайте, сколько есть, а то спешим.
Подаёт он мне пивную кружку, а там пива — меньше стакана, остальное — белая пушистая пена, словно вата. Буфетчик говорит:
— С вас тридцать рублей.
— Почему так дорого?
— Так ведь импортное, пятьдесят рублей кружка!
Рассчитался я за пенный напиток, попробовал его, вроде ничего. Даже, можно сказать, вкусный. Но больше такое не покупал, брал наше родное, бутылочное, по тринадцать рублей за пол-литра.
Отдыхая на пляже, мы видели носящиеся по бухте скутера (водные мотоциклы), на которых катались отдыхающие. Лёлюшка подолгу наблюдала за этой чудо техникой. Когда мы с Любой дали ей денег и разрешили прокатиться на таком глиссере, она была безмерно счастлива. Ей надели специальный жилет, она села на мотоцикл, инструктор сел сзади и — они поехали, понеслись с ветерком по морю! Мы с некоторой тревогой наблюдали за этой поездкой, но ничего, обошлось. Витас всё допытывался у Лёли, не страшно ли ей было? Лёля честно сказала, что сначала боялась, но потом прошло...
Отъезд с моря мы наметили на 12 июля. А 11 июля я поехал в Анапу за внучкой Алёной, которая там отдыхала, и забрал её. Обернулся быстро, после обеда сходили ещё на море. Но погода стала портиться. На следующий день выехали в Тихорецк.
Свободное копирование
