Прошло несколько дней, я закончил упаковывать вещи, и на «Жигулях» поехал в речной порт на контейнерную станцию. К моему ужасу ни пятитонных, ни трёхтонных контейнеров в наличие не оказалось, закончились буквально пару дней назад. Вот, всегда так — куда не сунешься, везде всё уже разобрано, распродано, разворовано... Что за страна?! Я пытался на станции доказывать, что совсем недавно звонил сюда, и мне сказали, что с контейнерами проблем нет. Заведующая станцией равнодушно ответила, что надо было иногда позванивать. Одна из сотрудниц всё же сжалилась, подсказала, что на контейнерной площадке ремонтируются несколько трёхтонников, и посоветовала поговорить с рабочими, занимающимися их ремонтом — вдруг найдётся что-нибудь подходящее. Оставив машину у конторы, я чуть не бегом отправился к ремонтникам.
Территорию Надымского речного порта я хорошо знал, оно и не удивительно: восемнадцать лет назад я с самого начала принимал участие в его строительстве, когда работал в ПСО-35. В создание этого объекта средства вложили тогда огромные, и сооружался он более шести лет. Длина причальной стенки — 600 метров, на ней смонтировано 6 огромных портовых кранов типа «GANS».
Когда в начале 90-х годов развалился СССР, а вслед за этим последовали непродуманные экономические реформы «демократов новой волны», грузопоток в Надым по воде (механизмы, стройматериалы, продукты) резко стал сокращаться. И, в конце концов, порт захирел, большинство кранов годами не эксплуатировались, пришли в негодность. Издалека было видно этих, сиротливо стоящих на берегу реки и обдуваемых суровыми северными ветрами, безжизненных мастодонтов.
Единственным учреждением, которое здесь в это время ещё как-то держалось на плаву и «фунциклировало» на причале, это контейнерная станция, имевшая в своём распоряжении одного, чудом уцелевшего, «ганса». Занималась станция отправкой из Надыма барж с контейнерами, загруженными в основном личными вещами уезжающих жителей.
Когда я сюда подошёл, меня поразило большое количество приготовленных к отправке контейнеров, сосредоточенных с двух сторон от подкрановых путей и стоящих в некоторых местах в два яруса. Ремонтников найти оказалось нетрудно — ремонтируя один из контейнеров, они с таким остервенением молотили кувалдой по помятым стальным стенкам, что от каждого удара вздрагивал весь причал. Я подошёл к одному из рабочих и, улучив секунду, пока не было шума, поинтересовался возможным наличием отремонтированных изделий. Мне порекомендовали обратиться к бригадиру.
С большим трудом, но договориться мне удалось, однако бригадир предложил забрать контейнер сразу, иначе его мог перехватить кто-нибудь другой. Час от часу не легче — загрузить контейнер за такой короткий срок я не мог физически: надо было дополнительно упаковать некоторые вещи и договориться на работе с грузовой машиной, чтобы отвезти вещи в порт. Пришлось поторговаться с бригадиром. Наконец, он согласился подождать пару дней, но не бесплатно, а за литр водки. И подсказал, чтобы я «шевелился», а то на следующей неделе для отправки контейнеров ожидают баржу, и она может оказаться последней в этом году. Какой-то кошмар — ещё и лета не было, а навигация уже заканчивается!
Вещи в контейнер я отвёз в субботу, 17 июля, на грузовой машине, заказанной в нашем управлении. Помогли мне грузить четверо ребят из нашей бригады. Хорошо помню, что день выдался пасмурным, несколько раз срывался дождичек, и нам приходилось от него укрываться в моих (взятых у Игоря) «Жигулях».
Свободное копирование
